Печальная история братьев Гроссбарт

– Может, вернуться к Коню и забрать немного мяса? – поинтересовался Манфрид, шагая за братом прочь от леса и покосившейся лачуги.

– Нет уж! Даже если кости дочиста не обглодали, нам будет трудновато его найти. Лес слишком большой.

– А что мы будем есть?

– Я положил нам в мешки немного мяса. Но бо?льшую часть потерял, потому что шкура развернулась, когда я тебя волок по лесу. Остальное у ведьмы осталось. Зато в бурдюках полно воды.

Гегель стал карабкаться по скату наверх.

Манфрид медленно взбирался следом за ним, ненатянутый арбалет подпрыгивал у него на спине.

Время от времени Гегель останавливался и ждал, пока брат нагонит его. Через час они выбрались наверх: гряда остановила наступление леса и протянулась прямо к ближайшему пику. Оба Гроссбарта посмотрели сверху на долину и сплюнули.

Молча спускаясь по противоположному склону, братья разглядывали сплошной горный хребет. Кое-где виднелись деревья, но они не росли так густо, как в лесу ведьмы. Манфрид несколько раз поскальзывался и падал, потом лежал на камнях и смотрел в серое небо, пока Гегель не подходил, чтобы помочь ему подняться.

Он чувствовал сильную слабость, и, хоть они делали многочисленные привалы, повалился на землю задолго до заката и уже не смог идти дальше.

Братья карабкались по гряде, усыпанной валунами, там, где позволял резкий ветер; виднелись лоскутки снега. Гегель помог брату забраться в углубление между двумя огромными камнями, там они разбили лагерь. Манфрид кашлял и хрипло дышал, так что Гегель закутал его в одеяло и набрал около соседних деревьев столько валежника, чтобы хватило на ночь.

Затем он попытался заложить щель между валунами мелкими булыжниками, но от резкого ветра это плохо помогло.

Набрав снега в котелок, Гегель принялся за готовку и к закату стушил приличную порцию конины. Манфрид проспал бо?льшую часть ночи, так что Гегелю пришлось забираться к нему под одеяло. Много раз за эту ночь Гегель с тоской вспоминал тепло и безветрие их вчерашнего убежища, но потом приходил образ оседлавшей его ведьмы, и Гегель еле сдерживал слезы.

Утро покрыло их бороды инеем, а примерно через час после того, как братья вышли в путь, повалил снег. Оба размышляли о встрече с ведьмой. Манфрид смотрел в спину брату и гадал, что случилось, пока он валялся в лихорадке. Гегель пытался сосредоточиться на окружающем ландшафте, чтобы выбросить из головы воспоминания о мерзости ведьмы.