Настольный теннис в квартире. КвартПинг

Споткнулся, и покатился в ноги к девчонкам под всеобщий хохот.

Размочить счет, было равносильно победе.

– Спасибо, чудо! Спасибо, спасибо, спасибо! – возрадовался я свалившемуся счастью, поглаживая и целуя ракетку.

– Сопливый! – недовольно пробурчал Сашка, – и чтобы по быстрее завершить эту партию, и не видеть моей довольной рожи, подал неожиданно быструю подачу.

Стремительный мяч, не коснувшись моей половины стола, улетел за стол.

– Колдун! – уже в сердцах пробурчал Сашка. – Наверное, приняв, мое очередное поглаживание и поцелуй ракетки за колдовской обряд.

А когда я повесил очередную соплю, принимая подачу, он уже не обзывался, а ругался и плевался. И это меня еще больше зажигало. Я порхал вокруг стола, метался туда, сюда, наступал болельщикам на ноги, и ничего не замечал, кроме мяча, который мне надо было обязательно выиграть, ибо каждый мяч был последний.

Игра напоминала гонку с преследованием, активировались болельщики с моей стороны, и затихали с его.

В очередной момент, когда я выиграл мяч, зал взорвался. Я понял, что сравнял счет. Замаячила в шаговой доступности победа, и от предвкушения ее я заволновался и не принял подачу.

– Догнал, чтобы проиграть? – раздался насмешливый голос из зала. Голос резал по живому.

И снова произошло чудо, теперь уже Сашка, не подал подачу. И с его стороны кричали болельщики. – Мазила!»

Замаячила надежда. Я сжал зубы, и «Завязалась кровавая битва». Зал затих в ожидании.

Бились долго, до 20, в конце – концов, каким – то нелепым ударом я выхватил партию и зал взорвался.

Следом в трудной борьбе одолел вторую.

Счастье гуляло внутри меня. Друзья Валерка Гарбар, Сережка Ефимов жали руку.

На игру со мной Толик Блохин, зная о моем выигрыше у лидера, выходил как-то неуверенно. Это я сразу заметил, рука его было не просто холодная, а ледяная. Разминаясь, он неуверенно принимал мой тычок, который в игре на переменах с легкостью забивал контрударом.

Однако в счете повел не я, а он.

Я не понимал в чем дело, мой мяч постоянно валился в сетку. Когда счет достиг критического состояния 9-6 в его пользу, мелькнула догадка, – Может мяч треснутый?

Взяв паузу, я осмотрел мяч. Догадка подтвердилась. Мяч действительно был треснутый. И выиграв очередной мяч, новым мячом я сразу как-то взбодрился, и сделал вывод – Точно дело в мяче!

После трех неудачных контрударов новым мячом, Толик перешел на удержание мяча тычком.