Огненное прикосновение чувств

Как он мог не заметить? Затем его смущение сменилось на злость.

– Вам двоим что – нравится дурить людей? Помню, и Уилл что-то такое рассказывал… – Он сдернул пиджак со спинки стула, сгреб в ладонь свой дневник.

– Не повышай голоса на мою жену! – Уилл с порога хмуро взглянул на Гэвина.

Ханна подтолкнула мужа:

– Ерунда, он злится на себя. – Затем она обратилась к Гэвину: – Поговори с ней, вам обоим нужно объясниться… – Ханна улыбалась, уводя мужа со свирепым выражением лица.

Выйдя на улицу, Гэвин достал телефон и снова набрал сообщение, на этот раз Холли: «Нам нужно поговорить».

Он не ожидал ответа, не ждал одобрения, просто сел в свой автомобиль и помчался к ее квартире. «Готова ты говорить, Холли Бэнкс, или нет, но я еду».

Глава 4

Холли припарковалась перед своей половиной арендованного дуплекса, поздний обед, взятый навынос, лежал на пассажирском сиденье. День выдался напряженный. После того как она ушла из студии, она бегала по поручениям и отвечала на телефонные звонки, и слова Гэвина прошлой ночью – а также попытка отказаться от них с утра – маячили где-то на задворках сознания.

После вечеринки Холли пришла домой, вытащила заколки из тщательно уложенной прически, смыла макияж и повесила нарядное платье в шкаф. Переоделась в серые шорты и футболку и достала блокнот. Схватила толстый черный маркер и жирно зачеркнула имя Гэвина.

Хотя… на него она злилась меньше, чем на себя. Впрочем, утром и злость на себя слегка отпустила. Ясно, что за два часа в галдеже вечеринки она слишком выдохлась, чтобы быть остроумной.

И она не собиралась вести себя вежливо, когда он сказал определенно неприятную вещь.

Итак, она безуспешно пыталась открыть входную дверь и удержать в руках пакет с обедом, большой стакан чая со льдом и рабочий портфель, когда на подъездную дорожку въехал большой автомобиль. Из него вышел Гэвин. Длинный, худой, выглядящий на миллион: в дорогом костюме, ярко-синем галстуке, волосы идеально уложены, стильные туфли блестят.

Было бы легче дуться на него, не будь он настолько красив. Забрал у нее ключи, открыл дверь, пропустил Холли вперед и прошел за ней в квартиру, прежде чем она успела его пригласить.

– Не зайдешь ли? – пробормотала она, складывая все из рук на кухонный стол.

Он бросил ключи ей в сумочку, а затем встал, скрестил руки на груди и уставился на нее.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она, не дождавшись от него слов.

– Я написал тебе.