Берегитесь Ченов

В воздухе повисает невыносимое напряжение, поэтому я резко выпаливаю:

– Вторая тетя, я уверена, что второй дядя был бы рад услышать все о фасинаторах с комодскими варанами и о том, как они идеально впишутся в ваши прически.

– А, да, у нас есть традиционные британские шляпы для свадьбы, – говорит вторая тетя.

– Традиционные британские шляпы с комодскими варанами? – шепчет Нейтан.

– Даже не спрашивай, – бормочу я.

– Звучит интересно, – говорит Стафани. – Второй дядя хотел бы взглянуть на них, не так ли, второй дядя?

Второй дядя быстро кивает.

– Да, конечно. Может, я как-нибудь зайду к вам и посмотрю на этих варанов?

Лицо второй тети сияет от счастья. Она вся начинает светиться, как электрическая лампочка.

– Хорошо, можете как-нибудь заглянуть, – отвечает она и улыбается, глядя в свою чашку и явно краснея.

Мы со Стафани обмениваемся взглядами, прежде чем она произносит:

– И последний, но не по важности: третий дядя – наш тамада.

– О, замечательно.

Опять же, мне даже не приходится имитировать восхищение, ведь я искренне удивлена. Тамада на китайско-индонезийских свадьбах – это человек, выполняющий самую сложную работу. По сути, он является голосом свадебного организатора: собирает вместе тысячи гостей и распределяет их в подходящие группы для фотографий, развлекает толпу всякий раз, когда становится скучно, и первым встречает гостей на входе.

Тамада должен быть громкоголосым, представительным, немного наглым, обаятельным и энергичным, и я не знаю, как кому-то удается сочетать в себе все эти качества.

– Вы можете называть меня просто Фрэнсис. Я еще слишком молод, чтобы называться дядей, – говорит он.

– Нет! – громко выпаливает старшая тетя, что мы аж все подпрыгиваем. – Нельзя называть человека старше тебя просто по имени.

Я беспомощно смотрю на третьего дядю Стафани:

– Как насчет ко Фрэнсис? – «Коко» в переводе с индонезийского означает «старший брат».

– Так вполне сойдет. Вы двое должны рассказать мне, как познакомились и все такое.

Ха. Наша история любви, конечно, яркая, только жаль, что это связано не с какими-то милыми моментами, как, например, спасение детенышей выдр, а скорее с тем, что мы вместе погрязли в деле с реальным убийством.

Чем дольше длится наша встреча, тем больше я понимаю, что мне правда очень нравится Стафани и ее семья.