Крапива, которая любила читать

То есть как?! А где моя аптека?! Где бабка с тонометром? И откуда здесь…

– Тикка! Что ты делаешь?! – рявкнули за спиной, я обернулась и…

Плавно съехала в обморок.

* * *

– Эй, вставай, обморочная! Ты реально думаешь, что разжалобишь кого-то? Вставай, говорю, хватит выделываться. Скоро отец приедет! И если увидит, он тебя вот так вот и прикопает, чтоб под ногами не завонялась.

Чего? Кто тут такой наглый и неласковый? Стоп, а я где вообще?

Судя по запаху и ощущению шершавого камня подо мной, это все еще не моя аптека.

В аптеке у нас линолеум…

Меня отравили, усыпили и вывезли в неизвестном направлении? Кто? Зачем? Я провизор в микроскопическом отделении большой сети в поселке на две тысячи населения, я и баба, и мужик, и фармацевтический отдел рецептурных препаратов в одном лице. И у нас в поселке отродясь не было наркоманов, а в аптеке моей – препаратов, за-ради которых нужно похищать тетку внушительной комплекции и везти неведомо куда.

Что происходит?

– Может, реально померла? Да не должна была.

Корнем лунного ириса их обеих уже не первый раз травят. Давно привыкла. Тьфу! Мямля. – Меня потыкали палочкой в бок. – Ну и валяйся тут. Может, кто подберет.

Голос был детским. Точнее, мальчишеским.

– А рисунок ее ты затер? – спросил другой голос, постарше. И уже девчачий.

– Ага. Дура. Явно не один день его выводила. Только вот обычным аметистовым порошком, представляешь? Дунь – и улетит весь сложный узор. Как нарочно подставилась.

– Наверняка пыталась магичить.

Идиотка. Потому и шлепнулась в обморок, что ее хилых силенок не хватило на сбитый ритуал. Что ты сделал-то?

– Я же говорю – дунул. Как раз когда она самую сосредоточенную рожу скорчила. – Пацан хихикнул.

Да, это точно пацан, и ему явно не хватает надранных ушей. Надо собрать в кучку руки, ноги и мозги, встать и исправить этот недочет.

– Ладно, пошли. Если реально сдохнет, мы должны быть не при делах. В нашей семье главное что? – спросила девчонка.

– Не попадаться! – выдали они уже хором и с заливистым детским смехом убежали куда-то вдаль.

А я открыла глаза и сердито уставилась на серый и очень холодный камень под самым носом. Так… встаем, детка. Нам только отмороженных придатков не хватало для полного счастья.

Кряхтя и тихо ругаясь, я все-таки справилась со сложной операцией отрывания себя от пола. Встала. И подумала – может быть, обратно упасть? В обморок. Там уже привычно и даже уютно. Там осталась моя аптека, в конце концов.