Оборотни особого назначения

Когда нам приказали обернуться в последний раз на сегодня – ночь провести предстояло в облике зверя – никто из ребят даже не заскулил. Я и сама обернулась как-то…

Да ни хрена не легко и не безболезненно. Но после ТОЙ боли скулить было даже как-то несерьезно.

– Накормят вас утром, – сказал на прощание Марук. – Во-первых, сейчас один шатт нутро никакой еды не примет, во-вторых пока вы чужаки – выгодно держать вас ослабленными. Так что не делайте глупостей и вливайтесь в клан как можно быстрее и осознаннее.

Тут в застенки ввалился Чуй с несколькими корзинами опилок, которые он нам прямо через решетчатые крыши клеток высыпал на нас с такой щедростью, что в этих самых опилках можно было землянку вырыть при желании.

– Наслаждайтесь, детки, – саркастически пожелал нам Марук.

И ушел. Козел!

Глава 4

– Все живы? – примерно через полчаса тяжелого дыхания и тихого хорового подскуливания спросил в темноте голос Бера.

Я открыла глаза и огляделась. В зверином облике темнота сделалась весьма условной. Но от этого было не легче. Хреново было, чего уж… если бы можно было просочиться сквозь решетку, я бы хоть могла, как Таха, свернуться клубком вокруг Гюрзы, уткнуться носом в ее лишенный колючек живот и от души пореветь.

Но нет… задавив неуместную зависть к ребятам, которые, по крайней мере, были в клетке не одни, я собрала лапы в кучку и подползла к прутьям. От отчаяния яростно цапнула один из них у основания и грызанула от души.

Не перегрызла, конечно. Но вот появилось у меня ощущение, что прут самую малую малость качнулся в каменном гнезде… щас мы опилки разроем…

– Але, народ! Все живы? – настойчиво повторил свой вопрос Бер. – Девки?

– Живы, – отозвалась я, осторожно пошкрябывая когтями то место, где прут уходил в пол. – А вы там как?

– Как-как… каком в…. – Славка от души выматерился. Это, кстати, говорило о том, что он серьезно зол и выбит из колеи, поскольку наш штатный клоун обычно предпочитал дурачиться, а не материться, тем более в присутствии девчонок.

– Ни хрена, – неожиданно отозвался Ант и несколько напряженно хохотнул. – Ни хрена ты не полный. Тощий ты писец, пузо вон к позвоночнику прилипает, в зеркало посмотри и убедись!

Бер сдавленно хрюкнул. Я оставила рытье норы в каменном полу и тоже для начала фыркнула.