Мое ходячее несчастье

Шепли стоял у входа, посреди газона, и ждал девчонок. Я схватил его кепку и запустил ее на несколько футов в сторону, как летающую тарелку.

– Молодец, придурок, – буркнул он, подбирая бейсболку.

В этот момент у меня за спиной раздался хриплый низкий голос:

– Эй, Бешеный Пес! – Я сразу понял, что это Адам. Он подошел к нам с Шепом, весь такой деловой. – Я тут пытаюсь организовать для тебя бой. Будь готов приехать по звонку.

– А мы всегда готовы, – сказал Шепли.

Он был кем-то вроде моего агента: выяснял, куда нам ехать, и следил за тем, чтобы я был в назначенном месте в назначенное время.

Адам кивнул и пошел дальше по своим делам – уж не знаю куда. На занятиях мы с ним никогда не пересекались. Я даже не был уверен, что он действительно учится в Истерне. Но пока он мне платил, мне было плевать, кто он и чем занимается.

Проводив Адама взглядом, Шепли прокашлялся.

– Ты уже слышал?

– О чем?

– В Моргане дали горячую воду.

– Ну и что?

– Америка и Эбби сегодня, наверное, уедут.

Надо будет помочь им перевезти их барахло обратно в общагу.

Я сразу скис. Мысль о том, что голубка возвращается в Морган, была немногим приятней, чем удар кулаком в лицо. После сегодняшней ночи Эбби наверняка будет рада съехать. Может, даже и разговаривать со мной больше не захочет. В моем мозгу пронесся миллион разных вариантов развития событий, но я не смог придумать ничего, что помогло бы мне оставить голубку у себя.

– Ты в порядке, старик? – спросил Шепли.

Пришли девчонки. Они над чем-то хихикали. Я попытался улыбнуться, но Эбби мне не ответила: она была слишком поглощена тем, что взахлеб говорила ей ее подружка.

– Привет, малыш, – сказала Америка, целуя Шепли в губы.

– Что тебя рассмешило? – спросил он.

– Да так, один парень из группы почти час пялился на Эбби. Просто прелесть!

– Если только на Эбби… – подмигнул мне Шеп.

– И кто это? – ляпнул я, не подумав.

Эбби переступила с ноги на ногу и поправила на плече рюкзак.

Он был так набит книжками, что даже молния не до конца закрывалась, и весил, надо полагать, немало. Я взял его.

– Мерик все выдумывает, – сказала голубка, закатывая глаза.

– Эбби! Ах ты, наглая врунья! Это был Паркер Хейс, и нужно ослепнуть, чтобы этого не заметить. Он чуть ли не обтекал слюнями.

Моя физиономия перекосилась:

– Паркер Хейс?

Шепли потянул Америку за руку:

– Мы на обед.