Весь этот свет

Похоже, издевки моей одноклассницы нисколько его не трогали.

Анна Сью наморщила нос.

– Ты на домашнем обучении?

Я вздохнула.

– Он приехал в гости к тете на лето. Мы можем сделать заказ?

Анна Сью переступила с ноги на ногу, красиво качнула бедрами и обеими руками оперлась о прилавок. Кислое выражение ее лица меня не удивляло. Анна Сью дружила с Пресли. Они походили друг на друга – стильные блондинки с густо подкрашенными глазами, и каждая из них кривилась при виде меня.

Эллиотт, похоже, ничего не замечал.

– Я буду банановую карамель с ванилью.

– С орешками? – уточнила Анна Сью не терпящим возражений тоном.

Эллиотт кивнул, потом посмотрел на меня.

– Кэтрин?

– Апельсиновый щербет, пожалуйста.

Анна Сью округлила глаза.

– Мило. Что-нибудь еще?

Эллиотт нахмурился.

– Нет.

Мы подождали, пока Анна Сью поднимет крышку контейнера и серебристой лопаткой зачерпнет апельсиновый щербет. Скатав мороженое в шар, она закрепила его в стаканчике, сунула мне и принялась за заказ Эллиотта.

– Мне казалось, ты говорил о простом рожке мороженого? – обратилась я к Эллиотту.

Он пожал плечами.

– Я передумал. Хотя приятно немного посидеть под кондиционером.

Анна Сью со вздохом поставила на прилавок заказ Эллиотта.

– Банановая карамель с ванилью.

Эллиотт выбрал столик у окна, сел, передал мне пару салфеток и вгрызся в свое ванильно-банановое мороженое так, словно умирал от голода.

– Может, нам стоило заказать ужин? – сказала я.

Эллиотт поднял на меня глаза и вытер испачканный шоколадом подбородок.

– Мы еще можем это сделать.

Я посмотрела на свое мороженое. Стаканчик покрылся испариной.

– Я ушла, не предупредив родителей. Наверное, уже скоро мне пора будет возвращаться… хотя они даже не заметили, что меня нет.

– Я слышал, как они ругались. По части скандалов я настоящий эксперт. На мой взгляд, они всю ночь будут выяснять отношения.

Я вздохнула.

– Ничего не изменится, пока папа не найдет новую работу. Мамочка немного… нервная.

– Мои родители постоянно ссорятся из-за денег. Отец считает, что раз ему не платят по сорок долларов в час, то нет смысла напрягаться. Можно подумать, один доллар хуже, чем ничего. Еще он постоянно попадает под сокращение.

– Чем он занимается?

– Он сварщик, и это ужасно, потому что он много пьет.

– Все дело в гордости, – ответила я. – Мой папа что-нибудь найдет.