Бегущий в Лабиринте. Тотальная угроза

Трина хватает Марка за руку и спрашивает:

– Что случилось?

Он успокаивается, замечает, что Трина не испугалась. Это приводит его в чувство. Подумаешь, электричество отключили, подземка остановилась… Ну и что?

– Наверное, поломка на линии, – говорит он и вытаскивает свой наладонник – на крутой наручный телефон денег пока не хватает. Мобильник почему-то не работает, и Марк со вздохом засовывает его в карман.

На потолке зажигаются плафоны аварийной сигнализации. После полной темноты тусклый желтоватый свет кажется слишком ярким.

Пассажиры встают с мест, переглядываются, перешептываются друг с другом, словно в такой ситуации нельзя разговаривать в полный голос.

– Хорошо, что мы никуда не торопимся, – шепчет Трина.

Ощущение паники отступает. Марку ужасно хочется спросить, что Трина имела в виду, говоря «А я бы с тобой пошла», но момент безвозвратно упущен. Надо же, как не вовремя вырубили электричество!

Поезд начинает подрагивать – не сильно, какой-то мелкой дрожью. Пассажиры испуганно вскрикивают, мечутся по вагону.

Марк и Трина с насмешливым удивлением переглядываются, но к любопытству примешивается искорка страха.

Два пассажира решительно подходят к выходу, с усилием раздвигают двери, спрыгивают на узкую платформу, что тянется вдоль стены туннеля. Остальные, словно стая крыс, бегущая от пожара, с возбужденными криками протискиваются в проем, толкаются, отпихивают друг друга локтями, переругиваются. Через несколько минут Марк с Триной остаются одни в пустом вагоне подземки.

Над головой слабым светом мерцают плафоны.

– По-моему, зря они все вышли, – неуверенно шепчет Трина. – Сейчас все починят.

– Ага, – кивает Марк, хотя ему не по себе: поезд по-прежнему трясет мелкой дрожью. – Хотя… не знаю. Кажется, это серьезно.

– Думаешь, стоит выйти?

Марк на секунду задумывается и снова кивает:

– Ага. А то я здесь с ума сойду.

– Тогда пошли.

Он встает, Трина тоже поднимается с сиденья. Они подходят к открытой двери, спрыгивают на платформу.

Ограждения нет. Если поезд внезапно тронется с места, им не поздоровится. В туннеле тоже горят лампы аварийной сигнализации, едва рассеивающие непроглядный мрак подземелья.

– Все налево ушли, – произносит Трина таким тоном, что Марку становится ясно: идти надо в другую сторону.

– А мы пойдем направо, – решительно заявляет он.

– Точно, – соглашается Трина. – Я к этим уродам даже приближаться не хочу.

– Они все будто с ума посходили.