Где бы ты ни был

 – Ума, что ли, не хватает запомнить?

– Не могу… – повторила Эбби. Из голубых глаз хлынули слезы, хрупкие плечики затряслись.

Мэтт не испытал жалости. Неужели все, что он видел, просто иллюзия? Или Эбби действительно нужно быть несчастной, чтобы эксперимент получился?

Что ж, своя логика в этом есть. Дети-невротики играли заметную роль в истории колдовства. На одном из судебных процессов в Англии таких детей будто бы рвало иголками и булавками. Они не могли произнести слов «Господь», «Иисус», «Христос», но легко выговаривали «сатана» или «дьявол».

Между серединой пятнадцатого века и серединой шестнадцатого сто тысяч человек приговорили к смерти за колдовство. Сколько из них отправились на дыбу, на костер или в пруд из-за того, что показания против них дали дети? Девочка видела у своей двери женщину. Потом женщина куда-то пропала, и девочка увидела бегущего прочь зайца. Больше никаких улик не понадобилось, и обвиняемой вынесли приговор.

Чем все это объяснить – внушаемостью, жаждой внимания? Исследования Общества психологии, на основе которых Мэтт и собирался написать книгу, также указывают на участие детей или молодых девушек в необъяснимых явлениях – особенно в явлениях полтергейста.

Несчастной так несчастной.

– Собирай вещи, – приказал Мэтт. – Поедешь домой к отцу.

Эбби, застыв, подняла к нему залитое слезами лицо.

– Не поеду я.

– Еще как поедешь.

– Не поеду, и все тут. – Чашка полетела прямо в голову Мэтта. Он инстинктивно заслонился рукой, и чашка прилипла к ладони.

Эбби при этом даже пальцем не шевельнула.

– Получилось! – заорал он. – Значит, правда!

– Так мне не надо к па ехать? – робко спросила Эбби.

– Нет, если будешь мне помогать.

– Одного раза вам мало, что ли? Вы ж теперь знаете, что я это могу. Хватит уже, а? У меня прям чувство такое, что будет беда. Ну ладно… как скажете.

– Теперь мне нужно знать, что ты почувствовала, когда чашка полетела ко мне.

– Злость.

– Нет, не то. Что ты почувствовала умственно и физически?

Эбби сосредоточилась, сдвинув брови.

– Господи, мистер Райт. Не мож… не могу я найти такие слова. Как будто мне захотелось бросить в вас что-то, вот я и бросила. Всей собой, не одной рукой.

Мэтт поставил чашку обратно на стол.

– Попытайся почувствовать то же самое.

Эбби собралась и тут же обмякла.

– Не. Не выходит.

– Значит, поедешь к отцу!

Чашка качнулась.

– Вот! Пробуй еще, пока не забыла!

Чашка закружилась на месте.