Честнее не бывает

Черенок пришелся ему в скулу. Два передних зуба шлепнулись на стол. Из носа брызнула кровь. Челюсть треснула и повисла. Закатив глаза, Жупел рухнул на пол и остался лежать бесформенным смрадным мешком.

Я не стал его разглядывать. Выпрыгнул из-за стола, словно разъяренный бык, размахивая окровавленным черенком для тяпки.

Семеро приятелей Жупела рассыпались по коридору. Я разил направо и налево. Разум мой помутился от ярости.

Пустившись в бегство, спотыкаясь друг о друга, они помчались вниз по лестнице. Я следовал за парнями до второго этажа, колотя их по сгорбленным спинам.

Там я остановился, а они побежали дальше, словно перепуганные крысы. Которыми, собственно говоря, и были.

Из дверей высовывались люди. Они глазели на меня, когда я поднимался на шестой этаж и возвращался в кабинет.

Мне очень не хотелось прикасаться к Жупелу, но нужно было убрать отсюда эту мерзость. Ухватившись за сальные волосы, я выволок бесчувственное тело в коридор и оттащил к лестнице. Там я выдал ему пинка. С грохотом скатившись вниз, Жупел распластался на следующей площадке.

Из носа у него шла кровь, да и в остальном он чувствовал себя хуже некуда.

Вернувшись в кабинет, я спрятал черенок в шкаф, после чего позвонил в полицию.

Спросил дежурного сержанта.

– Это Карр. Помните меня? Пятнадцать сотен баксов. – Я слушал, как сержант тяжело дышит, переваривая эту информацию.

– Чего вы хотите на этот раз? – наконец спросил он.

– К нам заглядывал Жупел. Хотел подровнять мне лицо своим шипастым ремнем.

Пришлось его приструнить. Думаю, вам лучше прислать сюда «скорую». Ему нужна медицинская помощь и надлежащий уход. – Я повесил трубку.

Какое-то время я сидел неподвижно, восстанавливая душевное равновесие. Смотрел на свои руки, лежащие на гроссбухе, и видел, что они не дрожат. Я чувствовал себя совершенно расслабленным, как после хорошей партии в гольф. Удивительно. Вся схватка продлилась две минуты. Три недели назад я счел бы это нереальным. Сегодня же я сцепился с восемью бандитами.

Одного покалечил, а остальные разбежались. Теперь, когда все закончилось, от шока не осталось и следа. Разве что хотелось курить, и я закурил. Потом вспомнил, что через час вернется Дженни. Взял в шкафу тряпку и вытер с пола кровь.

Едва я успел выбросить тряпку в корзину для мусора, с улицы донесся вой сирены «скорой помощи».

Я не потрудился выйти в коридор. Сидел за машинкой и продолжал возиться с карточками.

Через какое-то время в кабинет вошли двое копов.