Осиное гнездо

И готов держать пари, что никакого Уолдо Кармайкла в природе не существует. Даже копы о таком не слыхали. Я проверил все отели и мотели. И больницы. Уолдо Кармайкла нет нигде.

Я поднялся из-за стола:

– Пошли расскажем шефу.

Пришлось подождать десять минут, пока полковник освободится, а затем я доложил ему, что на настоящий момент ничего нового мы не нашли.

– Все указывает на то, что Хэмела «достает» какой-то псих, – подытожил я. – Исходя из полученной информации, жена его симпатична, мила и неглупа.

Никто из тех, с кем я говорил, слова дурного о ней не сказал.

– А человека по имени Уолдо Кармайкл в нашем округе нет, – добавил Чик.

В задумчивости Парнелл потянул себя за нос.

– Нам нельзя останавливаться на этом, – изрек он наконец. – Отказываться от задания слишком рано: вы же ведете ее всего два дня. Продолжай до конца недели, Барт. – Он повернулся к Чику. – Двоим вам тут делать нечего. Для тебя есть другое задание. – Затем обратился ко мне: – Продолжай наблюдать за миссис Хэмел.

Если отправится в море на яхте – пусть идет, но на суше глаз с нее не спускать. Ну а если к концу недели ничего не обнаружишь, я переговорю с Палмером, пусть решает. – Полковник махнул рукой в сторону двери, давая понять, что я могу идти; Чику указал на кресло.

Я вернулся в свой кабинет. Чику дают другое задание, и теперь у меня полная свобода действий. До островов доберусь за пару часов. В агентстве никто не будет знать, слежу я за Нэнси или нет. Все утро можно обследовать острова и, если ничего не сыщется, с полудня приступить к слежке за Нэнси.

И тут я вспомнил, что до получки еще девять дней, а в бумажнике моем меньше тридцати долларов. Только за прокат лодки надо заплатить двадцать! В смятении я резко выпрямился на стуле.

Мой кредит в банке превышен. Я вновь откинулся на спинку стула: перспектива рисовалась весьма мрачная. Если в ближайшее время не сыщется добрая душа, способная дать мне взаймы кругленькую сумму, придется сидеть без воды и питья.

Никогда я не попадал в такой переплет. Черт меня дернул вести Берту на ужин в «Чайку»! Но затем я напомнил себе: ужин-то был превосходным. Ни о чем не стоит жалеть – выход найдется. Я начал перебирать в памяти своих друзей-приятелей, в прошлом меня выручавших, и, припомнив всех поименно, вынужден был признать: надежд никаких. Все мои так называемые друзья, едва завидев меня, теперь переходят на другую сторону улицы.

Как насчет Берты?

Я взбодрился.