Опаснее мужчины

– Я… я на мели, – сглотнув, сказал Робинсон. Его голос скрипел, как карандаш по грифельной доске.

Брант метнулся вперед. Движения его были стремительными, и Джордж едва разглядел, как сверкнуло лезвие. Тихонько взвизгнув, Робинсон отпрянул. Теперь на его бледной обвислой щеке была длинная царапина. Из нее начинала сочиться кровь.

Подруга Робинсона раскрыла рот, но Брант взглянул на нее, и крик застрял у женщины в горле.

– И тебе достанется, – пообещал Брант, сделав угрожающий выпад в ее сторону.

 – Ну, – повернулся он к Робинсону, – хватит или добавить?

Шея Робинсона и его засаленный жилет были залиты кровью. Он отчаянно замахал руками на туалетный столик.

Из-под грязного носового платка Брант выудил бумажник. Насчитал двадцать два фунта, зажал деньги в ладони и посмотрел на Робинсона.

– Где остальное?

– Больше у меня нет, – всхлипнул Робинсон. – Это все, клянусь!

Брант спрятал деньги в карман.

– Ты доигрался, – сказал он. – Отныне это наша территория. Не суйся к нам.

Понял? Еще раз увижу – прикончу.

Джордж тем временем переживал странное ощущение: он словно очутился в собственных фантазиях. Словами Бранта всегда говорил Джордж Фрейзер, бандит и миллионер, обращаясь к Лаки Лучано, Капоне и другим важным персонам. Ситуация перестала его пугать: Джордж все ждал, что дверь вот-вот отворится и в комнату войдет Элла, положив конец этой яркой и, без сомнения, воображаемой драме.

– Доброй ночи, – сказал Брант, подталкивая Джорджа к двери.

 – Ты, наверное, подумываешь заявить на нас в полицию. На твоем месте я бы этого не делал. Поймать меня не так-то просто. Видишь бритву? Я беру ее только на дело. Так что не советую нарываться.

Остановившись, он окинул Робинсона и его женщину угрюмым взглядом, после чего кивнул Джорджу на дверь и вышел из комнаты.

Глава пятая

Это смехотворно, думал Джордж, спускаясь по лестнице вслед за Брантом. Ему это с рук не сойдет. Да кто он вообще такой? Присвоил все лавры и ведет себя так, словно ничего не произошло.

Джордж не раз прокручивал в уме такие разговоры и теперь был унижен и оскорблен грубым вторжением Бранта в пределы своих фантазий. Да, Джордж признавал: выступил он весьма бледно. Испугался Робинсона и его женщины. А почему? Потому что чувствовал себя беззащитным. Откуда ему было знать, что Брант достанет бритву и примется ею размахивать? Знал бы, захватил бы с собой пистолет. Тогда все прошло бы совсем иначе.