Считай себя покойником

А потом мне написал его адвокат, сообщил, что его клиент умер и оставил мне вот это. Можешь поверить?

– Ты хочешь сказать, что этот псих действительно отписал тебе по завещанию целый ресторан?

Марсия кивнула:

– Именно так.

Фрост оглядывал шикарный ресторан, чувствуя, как его гложет зависть.

– Иногда я жалею, что не родился женщиной!

Марсия засмеялась.

Им принесли салат, и они принялись за еду.

– Ты… родился бы женщиной? Не обольщайся, сладкий мой. Чтобы женщине сделать успешную карьеру, нужно столько вытерпеть.

Девушкам всегда достается расхлебывать всякое дерьмо. – Она скорчила рожицу. – Ну да, мне повезло, только я заработала свое везение. Мне сейчас двадцать пять. Еще лет пять, и я планирую завязать с работой. У меня есть этот ресторан. Я научусь управлять им. А потом… – Она помолчала, вздохнув. – Больше никаких уродов. Никаких похотливых старикашек. Никаких страхов, что кто-нибудь пырнет меня ножом. – Она взглянула на него, и ее глаза посерьезнели. – Никогда не жалей, что не родился женщиной!

Фрост поразмыслил над ее словами, но они не убедили его.

Владеть таким классным местечком! В душе его снова зашевелилась зависть.

– А теперь расскажи мне о своей работе, – попросила Марсия.

Шестьсот баксов в неделю! Когда эта шлюха, должно быть, имеет тысячи! Он принялся за салат. Крупные креветки были сочными, но от зависти все во рту у него пересохло.

Сомелье налил им охлажденного шабли и отошел.

– Ну, у меня ничего особенного, – сказал Фрост.

 – Получил работу, охраняю дочку одного макаронника.

– Макаронника? Какого?

– Карло Гранди. Он, похоже, какая-то большая шишка в Италии. И боится, что кто-то умыкнет его дочь.

– Карло Гранди? – В ее голосе зазвенело изумление. – «Какая-то большая шишка»? Милый! Да он самая большая шишка во всей Италии! Неужели Джо действительно пристроил тебя на работу к Гранди?

– Ну да, но что тут такого? Нет, конечно, дом у Гранди что надо, и сам он в полном порядке, но мне-то платят всего шесть сотен в неделю.

Марсия отправила в рот креветку.

– Но это отличная работа, милый!

– Ты так думаешь? Шесть сотен в неделю? Ты-то, наверное, делаешь тысячи.

Она задумчиво посмотрела на него:

– Что такого плохого в шести сотнях в неделю?

– Я человек с амбициями. – Он продолжал жевать. Потом, после паузы, продолжил: – Я хочу жить, как эти снобы. – Он махнул рукой, обводя весь ресторан. – Хочу настоящих денег, а не жалкие шесть сотен.