Семь раз отмерь

Цюрих? Невозможно! Клод, с твоей стороны совершенно безответственно было заключать сделку с этим страшным типом!

– Нет ничего невозможного, – негромко возразил Кендрик. – У нас еще времени до вторника. И вплоть до того момента мы будем думать.

Луи поглядел на него с подозрением:

– Ты же не ждешь, что я повезу контрабанду, а?

Кендрик уже успел поразмыслить о такой возможности, однако решил, что у Луи кишка тонка.

– Нет, шери, но должен найтись безопасный способ. – Кендрик подтолкнул к нему каталог.

 – Давай все по порядку. Сделай копию и подумай.

Луи колебался, но потом вспомнил, какие деньги ему обещаны.

– По крайней мере, копию я сделаю, – сказал он, – но предупреждаю: это совершенно безумная и опасная операция.

– Давай оба подумаем. Не исключена вероятность, что у Эда ничего не получится, но мы должны быть готовы. Просто поразительно, на что способен изобретательный ум.

– Расскажешь об этом глухому, слепому и тупому, – заявил Луи. Потом схватил каталог и выскочил за дверь.

Ощущая необходимость в очередном перекусе, Кендрик тяжело затопал к холодильнику и произвел смотр разнообразных готовых к употреблению блюд, затем выбрал хвост омара, вернулся к своему столу и сел думать.

Лепски, по своему обыкновению, с помпой подъехал к дому, бегом пронесся по дорожке, рывком распахнул входную дверь и ввалился в гостиную.

Он великолепно провел день, рассказывая Биглеру и Максу Джейкоби, как Кэрролл досталось наследство и как он настоял, чтобы они потратили его на поездку по Европе.

Он осточертел обоим коллегам, однако то был момент его триумфа, и никто из них был не в силах его заткнуть. В конце концов Биглер предложил ему поехать домой, а они уж сами справятся с возможными преступлениями, но, если случится что-то важное, его вызовут.

– Привет, детка! – проорал Лепски. – Я дома! Что у нас на ужин?

Кэрролл лежала на диванчике, сбросив туфли и закрыв глаза.

– Тебе обязательно кричать? – жалобно спросила она.

 – Я совсем без сил.

Лепски вытаращился на нее:

– Ты что, трусцой весь день бегала?

Обычно в этот час Кэрролл суетилась в кухне, готовя ужин. И Лепски испытал потрясение, увидев ее лежащей на диванчике, в прострации.

– Лепски, бывают моменты, когда мне кажется, что ты тупица, – колко произнесла Кэрролл. – Я организовывала наш отпуск и, позволь заметить, провела за этим занятием целый день.

– Ага, молодец.