Война Калибана

– Надеюсь, у вас с Этсепаном все в порядке?

– Все отлично, – ответила Глория.

– Это хорошо. Так какого хрена ты меня вызвала?

– У одного моего приятеля жена на «Михайлове». Он говорит: их патруль отозвали. Уводят вглубь.

Авасарала нахмурилась. «Михайлов» входил в патрульную службу, мониторившую движение между дальними станциями пояса астероидов.

– Куда именно «вглубь»?

– Я поспрашивала обиняками, – ответила Глория. – На Ганимед.

– Нгайен?

– Да.

– У твоего приятеля длинный язык, – заметила Авасарала.

– Я им никогда правды не рассказываю, – принялась защищаться Глория. – Ты же знаешь.

– Я твоя должница.

Глория резко, по-вороньи, кивнула и прервала связь. Авасарала долго сидела молча, прижав пальцы к губам, мысленно прослеживая цепочку следствий, словно провожая взглядом бегущий по камням ручей. Нгайен посылает к Ганимеду новые корабли, причем втихаря.

Причина секретности была на виду. Сделай он это открыто, Авасарала бы его остановила. Нгайен молод и амбициозен, но далеко не глуп.

Он пришел к собственным выводам, и они подсказали ему, что посылать новые силы в открытую рану, какой стал Ганимед, – хорошая идея.

– Бабушка, бабушка – позвала Кики. Авасарала по голосу определила, что на уме у внучки новая шалость. Поднявшись из-за стола, она двинулась к двери.

– Я здесь, Кики, – окликнула она, выходя в кухню.

Шарик с водой ударил ее в плечо, но не лопнул, а отскочил на пол и запрыгал у ног, оставляя на кафеле темные пятна.

Авасарала подняла на внучку сердитый взгляд. Кики разрывалась между страхом и восторгом.

– Ты устроила беспорядок в кухне? – строго спросила Авасарала.

Девочка сникла и кивнула.

– А знаешь, что делают с нехорошими детками, которые пачкают у бабушки на кухне?

– Щекочут?

– Щекочут – Авасарала бросилась к внучке. Конечно же, Кики сбежала. Суставы в восемь лет если и болят, так только от слишком быстрого роста. Но, конечно же, в конце концов бабушка изловила внучку и защекотала до восторженного визга.

Ашанти, вернувшись с мужем, чтобы забрать детей в Новгород, застала мать с зелеными травяными пятнами на сари, а волосы у нее стояли дыбом – так в комиксах изображают ударенного молнией.

Авасарала обняла внучек, украдкой сунула каждой по кусочку шоколада, потом поцеловала дочь, кивнула зятю и проводила всех до дверей. Их машину эксортировала другая, с охраной. Каждому из ее родственников грозила опасность похищения. Такова жизнь.