Капитан госбезопасности. Линия Маннергейма

Сталинская дача в Волынском

А его полководцы решили, когда он на заседании Генерального штаба приказал поручить всю операцию против Финляндии целиком Ленинградскому фронту, а Генштабу этим не заниматься, заниматься другими делами, что товарищ Сталин не считает финскую армию серьезным противником. А финские укрепрайоны не считает серьезным препятствием для нашей армии. Потому и не требует сосредоточения такого количества людей и техники у финской границы, от одного вида которой чухонцы бы подняли руки вверх.

Его полководцы трусливо молчат, но теперь, спустя месяц после начала войны, думают себе, что товарищ Сталин способен ошибаться.

Сталин отломил виноградину, бросил в рот. Взял бокал с недопитым мукузани, сделал небольшой глоток.

Они думают, что знают товарища Сталина. Самые прозорливые из них понимают товарища Сталина, как шахматного игрока, который размышляет над доской с фигурами, просчитывая партию на много ходов вперед. А товарищ Сталин играет одновременно сразу на тысяче досок, и нигде нельзя забыть сделать свой ход.

И везде требуется просчитать партию до самого конца. До есть до мата королю противника, который играет черными фигурами.

Когда-нибудь им откроется, для чего товарищ Сталин начал войну с Финляндией и почему он вел ее так, а не иначе. Они поймут тогда свое ничтожество, узость своих мыслей.

Сталин толкнул бокал, он опрокинулся на скатерть, но не разбился, остатки вина расплылись по скатерти. Он любил гадать таким образом. Сегодня своими очертаниями пятно напомнило Сталину Францию.

Многозначительно. Сталин любил рассматривать карту и помнил очертания многих стран этого мира…

2

По финскому снегу ползла колонна. Одна из многих, проползших до нее и где-то сейчас одновременно с ней ползущих.

Впереди, броневым лбом этого петляющего по дорогам Карельского перешейка червя, состоящего из техники, людей и боеприпасов, шли два легких танка БТ-5. За ними держался бронеавтомобиль БА-20, в котором ехал полковник Есипов.

Он командовал колонной. За «бэтэшками» следовали грузовые автомашины числом пятнадцать, потом шли пять автоцистерн с бензином и дизельным топливом, еще четыре грузовика, а замыкали колонну три трактора. Первый трактор тащил сцеп из двух бронесаней-волокуш, второй и третий – полевые 152-миллиметровые гаубицы.

Глаз человека, будь это не глаз человека, едущего на войну, смотрел бы по сторонам с удовольствием. Красивый, хоть и морозный, зимний день.