Казан

Но ты всё-таки выиграла. Казан, дурак ты этакий, ведь я тебя проиграл!

Лицо его вдруг омрачилось, когда Изабелла нагнулась, чтобы взяться за конец цепи.

– Теперь он твой, Иза, – быстро добавил он, – но ты уж предоставь его мне, пока мы не узнаем его в точности. Дай мне цепь. Я всё ещё не доверяю ему. Ведь он всё-таки волк. Я сам был свидетелем, как он в один момент откусил руку у индейца. Я сам лично видел, как он в один приём перегрыз горло другой собаке. Ведь он – выродок, не чистая собака, несмотря на то, что вцепился в меня, как герой, и вынес меня живого.

Я, однако, ещё не могу положиться на него. Дай сюда цепь…

Не успел он ещё и договорить, как послышалось рычание, как у дикого зверя, и Казан вскочил на ноги. Губы у него приподнялись и оскалили длинные клыки. Спина ощетинилась, и с внезапным криком предостережения Торп схватился за висевший у него сбоку револьвер.

Но Казан не обратил на него внимания. Другая фигура вдруг вышла из ночного мрака и стала тут же, в освещённом фонарями пространстве.

Это был Мак-Криди, проводник Торпа и его жены на обратном пути их к Красной реке, куда Торп возвращался на службу. Этот человек был строен, могуч и гладко выбрит. Его подбородок был почти совсем четырёхугольный, что придавало ему животное выражение. И когда он поглядывал на Изабеллу, то в глазах у него зажигался такой огонёк, что Казан приходил прямо в исступление.

Её белый с красным вязаный колпачок съехал у неё с головы и свешивался к самому плечу. Неверный отблеск от фонарей отражался тёплым золотистым светом у неё на волосах.

Её щёки пылали румянцем, и когда она вдруг увидела его, то в её голубых, как васильки, глазах вдруг засверкали алмазы. Мак-Криди кивнул ей головой, и в ту же минуту её рука опустилась на голову Казану. В первый момент собака не почувствовала на себе её прикосновения. Она всё ещё ворчала на Мак-Криди, и её угрожающее рычание стало ещё слышнее вырываться у неё из груди. Жена Торпа потянула за цепь.

– Замолчи, Казан, довольно! – скомандовала она.

При звуке её голоса он успокоился.

– Ляг! – приказала она и снова положила ему на голову свободную руку.

Он повалился к её ногам. Но его губы всё ещё оставались приподнятыми. Торп всё время наблюдал за ним. Он изумился тому смертоносному яду, которым светились волчьи глаза Казана, и затем перевёл свой взгляд на Мак-Криди. Рослый проводник в это время развернул кольца своей длинной плети. Странное выражение вдруг появилось у него на лице. Он уставился на Казана.