Казан

Затем он вдруг перегнулся вперёд, упёршись обеими руками в коленки, и, казалось, на один или два момента забыл вовсе о том, что Изабелла Торп смотрела на него изумлёнными голубыми глазами.

– Вперёд, Педро, – лови! – воскликнул он.

Одно это слово «лови» было известно всем собакам, состоявшим на службе при Северо-Западной Горной полицейской охране. Казан не шевельнулся. Мак-Криди выпрямился, с быстротою молнии развернул свою длинную плеть и щёлкнул ею в воздухе так, точно раздался выстрел из револьвера.

– Лови, Педро, лови!

Клокотанье в горле у Казана превратилось в злобное рычанье, но ни один мускул на нём не дрогнул.

Мак-Криди обратился к Торпу:

– Могу поклясться, что я знаю эту собаку, – сказал он. – Если это Педро, то берегитесь его!

Торп держался за цепь. Только одна молодая женщина заметила тот взгляд, который на минуту вспыхнул в глазах у Мак-Криди. Она вздрогнула от него. Ведь всего только несколько минут тому назад, когда поезд только что остановился у этой станции, она сама же предложила этому человеку руку, и он точно так же посмотрел на неё и тогда.

Но даже и в эту минуту, когда она почувствовала себя так неловко, ей пришло на ум всё то, что рассказывал ей муж об этих жителях дремучих лесов. Она научилась любить их, удивляться их силе, непоколебимому мужеству и благородству их души ещё раньше, чем попала наконец сюда сама, в их среду; и, поборов в себе эту боязнь и это охватившее её неприятное чувство, она постаралась улыбнуться Мак-Криди.

– Вы не понравились ему, – с ласковой улыбкой заметила она.

 – Отчего бы вам сразу же не сделаться друзьями!

И она потянула к нему Казана, тогда как Торп всё ещё держался за конец цепи. Мак-Криди стал рядом с ней, когда она склонилась над собакой. Он тоже наклонился над ней, держась спиной к Торпу, и головы его и Изабеллы сошлись вместе всего только на какой-нибудь фут расстояния. Он мог видеть в темноте румянец на её щеках и выражение её губ, когда она старалась успокоить ворчавшего Казана.

Торп держался в это время настороже, готовый каждую минуту потянуть за цепь, но в это время Мак-Криди находился между ним и его женой, и Торп не мог видеть выражения его лица. Но Мак-Криди смотрел вовсе не на Казана. Он пожирал глазами Изабеллу.

– А вы храбрая! – сказал он. – Я бы не решился на это. Он тотчас же сбросил бы с себя мою руку!

Он взял от Торпа фонарь и направился по узенькой тропинке, ведущей куда-то в глубину от железнодорожной платформы.