Книга душ

На тебя уже подана формальная жалоба.

– Если Комиссия по этике желает со мной побеседовать, я всегда готов, сэр. Я не чувствую за собой никакой вины.

– Я это уже не в первый раз слышу. Ладно, Маклин, иди работай. Подробности обсудим завтра на оперативке. Раз у нас есть подозреваемый, на какое-то время мы можем заткнуть рот прессе.

– Сэр, я не уверен, что у нас…

– Завтра, Маклин, завтра. – Дагвид жестом приказал ему замолчать. – Сейчас я снова буду звонить в Глазго.

Толпа рождественских покупателей ворочалась на ярко освещенном тротуаре Принсес-стрит и верхнего отрезка Лиф-уок подобно огромному, несколько дезориентированному животному.

Во всяком случае, Маклин полагал, что это рождественские покупатели, хотя было всего лишь начало декабря. Уже почти девять вечера, магазинам давно следовало закрыться, однако торговый центр «Сент-Джеймс» под завязку набит людьми. Вот вам и режим антикризисной экономии.

Маклин сгруппировался и принялся проталкиваться сквозь толпу по направлению к Норт-Бридж.

День был долгим и полным всякого дерьма, и ему просто необходимо было пропустить стаканчик.

Погруженный в свои мысли, он не сразу отреагировал, когда что-то привлекло его внимание за стеклянной витриной универмага «Джон Льюис». Он не был уверен, что именно, но оно заставило его застыть на месте, что вызвало приглушенные ругательства других прохожих, внезапно обнаруживших препятствие на пути. Он сделал шаг назад, напряженно вглядываясь сквозь стекло в многочисленных покупателей, продавцов в униформе, полки, под завязку забитые всевозможными елочными игрушками и прочей подобной белибердой…

Потом он увидел его.

Почти со спины, одетого в совершенно нетипичные для него джинсы и кожаную куртку. Но не узнать все равно было невозможно.

– Андерсон!

Маклин принялся продираться сквозь толпу, не особо заботясь о тех, кого отталкивал с дороги. Двери магазина – медленно вращающиеся стеклянные панели – застывали в неподвижности всякий раз, стоило зазевавшемуся покупателю чуть замешкаться на входе.

Маклину, который спешил прорваться внутрь, казалось, что мешкает буквально каждый. Он терял драгоценные секунды, нетерпеливо переступая с ноги на ногу, пытаясь заглянуть поверх голов, изнывая от страха, что дичь вот-вот ускользнет. Наконец дверь совершила очередной оборот, и новая группа людей вывалилась в тепло универмага.