Благородный Дом. Роман о Гонконге. Книга 2. Рискованная игра

В голосе Суслева чувствовалась злость.

«Но это же действительно экстренная ситуация, – взбудораженно сказал себе де Вилль и стал снова набирать номер. – Я нужен там Сюзанне, и Аврил тоже. И тайбань был не против. Сказал: „Правильно, Жак. Оставайся там, сколько будет нужно. Эндрю тебя прикроет“.

А теперь… Merde, как быть? Суслев ведь мне не надзиратель!

Или надзиратель?»

Покрывшись холодным потом, де Вилль перестал набирать номер и повесил трубку.

– Вы закончили, сэр? – крикнула американка с назойливой улыбкой.

Ей было за пятьдесят, волосы выкрашены в модный голубой цвет. – Тут уже целая очередь.

– Ох… о да, извините. – Он с трудом открыл дверь.

– Вы забыли газету, сэр, – вежливо напомнила она.

– Ох, благодарю вас. – Протянув руку, Жак де Вилль забрал газету и с несчастным видом вышел.

Китайцы – трое мужчин и женщина – тут же рванулись вперед, отпихнув локтями его и американку. Первой к двери пробилась коренастая матрона и захлопнула ее за собой, остальные столпились у двери.

– Эй… сейчас моя очередь, – рассерженно начала американка, но никто и ухом не повел, осыпая ее саму и ее предков изощренными ругательствами.

Суслев стоял посреди неприглядной квартиры в Коулуне, еще одной явки «Артура», и сердце у него колотилось от неожиданного звонка. В помещении пахло сыростью, немытой посудой, стряпней. Глядя на телефон, Суслев злился на Жака де Вилля. «Вот ведь болван безродный и безмозглый. Жак становится обузой. Сегодня же скажу „Артуру“, что от де Вилля нужно избавляться.

И чем быстрее, тем лучше! Да, и чем быстрее ты успокоишься, тем лучше, – одернул он себя. – В гневе люди совершают ошибки. Отставь-ка его в сторону!»

Это далось ему не без усилия, но он постарался успокоиться и, выйдя на полутемную площадку, где краска облезала со стен, запер за собой дверь на ключ. Другим ключом он отпер расположенную рядом дверь Джинни Фу.

– Хочешь водки? – игриво улыбнулась она.

– Да. – Он ухмыльнулся в ответ, с удовольствием оглядывая ее.

Джинни сидела скрестив ноги на старом диване, и, кроме улыбки на лице, на ней ничего не было.

Когда раздался звонок, они целовались. Телефонов в квартире было два: ее и еще один, тайный, в буфете, которым пользовался только Суслев. По уверениям «Артура», аппарат был надежный, «левый», он нигде не значился, и в него нельзя было встроить подслушивающее устройство. Тем не менее для срочных звонков Суслев пользовался телефоном в другой квартире.

«Шел бы он подальше, этот Жак»! – думал он.