Разрубленное небо

Нет чтобы по русскому обыкновению похлопать друг друга по плечам, расцеловаться троекратно, восклицая: «Сколько лет, сколько зим! Что ж не пишешь-то, а? А помнишь как мы с тобой?.. Пошли-ка хлопнем с дороги по рюмашечке!» Ну и так далее. Вместо этого – сплошные церемонии.

– Ну мало ли почему люди задерживаются, – пожал плечами Артем. – Скажем, в день отъезда я заболею и слягу. И пролежу никак не меньше месяца, а то и двух. Что тогда делать?

Хотя Артем говорил полушутливым тоном, Хидейоши был предельно серьезен:

– Я отправлю в Киото гонца с письмом.

В письме я объясню причины задержки.

Артем продолжал поглядывать в сторону девушки, но Ацухимэ как сидела, опустив глаза, так и продолжала сидеть.

– А если твой гонец не доедет? Скажем, по дороге конь под ним сломает ногу, падет, придавит гонца, сломав ему чего-нибудь… ну и так далее…

– Я не понимаю тебя, Ямомото! – Хидейоши сдавил пальцами колени.

– Чего ж тут непонятного? – развел руками Артем. – Один знакомый мне чиновник, посланный с важным поручением, помнится, тоже попал по дороге в неприятную историю и чуть было не загубил все дело.

Такое случается.

– Что ты хочешь от меня услышать? – в голосе Кумазава слышалась некоторая растерянность.

– Он хочет вызнать, – неожиданно вступила в разговор Ацухимэ, – не даны ли тебе полномочия доставить даймё в столицу любым способом. Включая силу. А также Ямомото хитрыми вопросами пытается дознаться, не известно ли тебе что-нибудь о тайных замыслах двора.

Не хотят ли, выманив даймё по имени Ямомото в столицу, там его убить.

Глаз при этом Ацухимэ так и не подняла.

«А сестра умнее своего брата, – подумал Артем. – Впрочем, это не новость. Хотя, конечно, благородства и храбрости Хидейоши не занимать. Этим он сам со всеми поделиться может». Вслух же он сказал, виновато разведя руками:

– Не удалось мне надежно упрятать тайный умысел своих вопросов. Женщина, она сердцем чует.

– Теперь ясно, – кивнул Хидейоши. – Ты мне не доверяешь, ты полагаешь, что я способен стать твоим врагом.

Но ты мог бы спросить у меня обо всем прямо! Ведь мы же сражались бок о бок и спасли друг другу жизнь!

– Прости, если обидел, – сказал Артем. – Отлично, давай поговорим начистоту, не утаивая друг от друга ровным счетом ничего. Подожди… – Он хлопнул в ладоши и громко позвал:

– Рётаро!

Дверь отъехала в сторону, и в нее просунулся сидевший на коленях слуга Рётаро.

– Принеси нам саке.