Корпорация IMAGEN

Она сидела за кухонным столом, совсем близко, можно было дотронуться. И казалась вполне уютной, хотя нет, так нельзя сказать по отношению к ней. Он понял это еще сегодня днем, на собрании, по тому, как сдержанно и зажато она вела себя. Притворившись, что ему и дела нет, он позволил взгляду осторожно скользнуть мимо нее. Но затем почувствовал, что она наблюдала за ним. И когда посмотрел на нее, то понял, что она разгадала его сущность, хотя он не произнес ни слова. Потому что он не произнес ни слова. Некий знак, показавший, что они очень похожи: вот так все просто.

За окном небо стало темно-синим, потом черным, и пошел дождь.

– Твой велосипед… Может, занести его в дом? Посмотрю его здесь.

– Уже довольно поздно. Подождем до рассвета. Посмотришь утром.

Она сделала так, как делают девушки, – опустила голову и посмотрела на него сквозь ресницы. И у него свело живот. Он немного потерял навык, но все же знал, что нельзя пригласить девушку домой, часами вести с ней разговоры и после этого ожидать, что ничего не произойдет.

Только когда ее язык оказался у него во рту, он понял, что не хочет. Даже если формально это и не было обманом, все равно казалось неправильным. И ее вкус был неправильным, и запах, и длинные волнистые волосы, и вся ситуация. Но стоило ему отстраниться, она тут же закрылась, и он услышал, как поворачиваются замки и с лязгом задвигаются засовы.

– Прости. – Извинение, похоже, не возымело действия, потому что она встала, сложив руки на груди.

– За что? Мой косяк. – Она уже шла к двери. Он все испортил…

– Подожди, – сказал он, следуя за ней. Положил ладонь ей на плечо, и она смотрела на него так, будто на нее нагадила птичка, пока он не убрал руку. По крайней мере, сейчас она стояла неподвижно. Ожидая услышать его оправдание.

– Я виноват. Просто… у меня вроде как недавно закончились отношения. Немного сложно, но… В общем, я не готов.

Она пожала плечами, будто ей все равно, и, возможно, ей и правда было все равно.

– Нет закона, который запрещал бы тебе передумать. – Она взяла свою куртку.

Если он отпустит ее сейчас, все закончится, даже не начавшись. Она больше не захочет видеть его, особенно после того, как он все вот так испортил. И он сказал, не раздумывая, пытаясь спасти положение:

– Слушай, ты должна остаться.

Она скорчила гримаску.

– С какой стати?

– Потому что уже поздно. И на улице промозгло.