Просветление – путешествие без начала и конца. Последний цикл бесед Ошо

Как только его корни укрепляются в земле, дальше все становится просто. Где бы он ни был, он поднимается все выше и выше, подобно ливанскому кедру. Эти древние деревья, которым сотни, тысячи лет, все еще стоят и продолжают расти по направлению к звездам. Красота этих деревьев – просто напоминание о том, что точно таков же путь человеческого сознания: глубже в землю, выше в небо.

Вопрос от Маниши:

Ошо,

Д. Т. Судзуки описывает два разных типа «видения», которые обозначаются двумя разными китайскими иероглифами.

Я уже сказал вам, что Д. Т. Судзуки все еще пребывает в уме; и отсюда это разделение. Даже видение он разделяет на два типа.

Д. Т. Судзуки описывает два разных типа «видения», которые обозначаются двумя разными китайскими иероглифами.

Иероглиф «кан» состоит из руки и глаза и означает «наблюдать объект как независимый от наблюдателя» – это объективное знание.

Вы наблюдаете дерево. Дерево отличается от вас, это один тип видения.

Видимое и видение – две различные категории.

С другой стороны, иероглиф «чьен» состоит из одного только глаза на двух длинных ногах и означает чистый акт видения.

Судзуки считает различие между этими двумя типами видения «революционным в истории мышления Дзен»…

Прежде всего, Дзен – это не мышление. Далее, «акт чистого видения» вовсе нельзя назвать «актом чистого видения». Что вы видите? Чтобы видение было видением, нужен объект.

Медитирующий выходит за пределы объекта и за пределы субъекта, за пределы первого китайского иероглифа «кан», обозначающего двойственность – видящего и видимое, познающего и познаваемое, – и второго иероглифа «чьен», обозначающего чистый акт видения.

Ведь само слово «видение» подразумевает, что что-то присутствует; иначе каким образом можно видеть? Что можно видеть? Если ничего нет, то видение исчезает, появляется бытие.

Поэтому я совершенно не согласен с Д. Т. Судзуки. Эти два типа видения – лишь ум, логика, рационализация, а вовсе не медитация, не Дзен. Дзен превосходит и видение, и видимое.

Это погружение в бытие – в одно лишь бытие, совершенно безмолвное, слитое с Существованием.

Двойственности нет, но нет также и единства – это нужно понять – потому что если нет двойственности, то это нельзя назвать единством. «Один» непременно подразумевает «два»; поэтому Гаутама Будда не использует слово «единство». Он использует слово «адвайт», недвойственность. Это большая разница.

Когда вы говорите «один», это сразу же напоминает вам о «двух».