Я вижу тебя. Часть 4. Держась за воздух

С некоторых пор простая болтовня стала для меня чем-то вроде роскоши. Самый обычный разговор о новых премьерах в кинотеатрах, самых ожидаемых концертах и Рождественских скидках невероятным образом помогал отвлечься.

Это был вечер накануне сочельника. В нашей гостиной стояла сверкающая ёлка, которую мы с Самантой украсили за день до этого. Она наполняла дом каким-то теплом и спокойствием, несмотря на всё то, что творилось у меня внутри. Праздники всегда знаменовались ожиданием чудес и волшебства. Вот и на этот раз, даже будучи уже не человеком, я надеялась, что какое-нибудь, хотя бы крошечное чудо со мной всё же произойдёт.

Поддаваясь меланхолии, я начинала копаться в себе в поисках хотя бы искры света, за которую можно было надеяться на такой подарок. Я перенесла столько боли, и моральной, и физической, сколько, возможно, не смог бы пережить обычный человек. Я столько раз ломалась, разбивалась на части, что уже и не счесть, но всегда вставала с колен и шла дальше. А ведь за плечами у меня была не такая уж длинная жизнь.

Я боялась того, что мне предстояло провести вечность в одиночестве. В истории есть масса таких случаев, о которых мне иногда рассказывала Лена. Вампиры могут веками оставаться одни, раз за разом сходить с ума, но в силу своих способностей вновь восстанавливаться, а потом опять сходить с ума. И так бесконечно.

Подобная перспектива меня пугала. Я прекрасно осознавала тот факт, что даже Саманта, рано или поздно, состарится и умрёт, уйдут и её дети, потом внуки, а я буду за всем этим наблюдать.

Возможно, познакомлюсь с её дочерью, и мы станем подругами. Потом её сменит внучка Сэм, правнучка, и так далее. Всё это казалось мне жутко странным, но реальность диктовала свои правила.

Я включила огоньки на ёлке. Они отлично освещали гостиную даже без основного света, наполняя её тёплым и мягким сиянием. После этого подошла к большому окну, из которого открывался потрясающий вид на Бруклин, и устроилась на подоконнике, поджав колени к груди.

На фоне чёрного неба искрились падающие снежинки. Они медленно опускались на землю, устилая её белоснежным ковром. Эта картина определённо успокаивала. Наблюдать за ней я могла бесконечно долго.

Я видела собственное отражение в стекле. Даже там было заметно, как ярко горели мои глаза, словно две капельки крови на снегу. Отражение в окне напоминало призрак. Моя кожа, и без того бледная, казалась практически прозрачной, как и весь силуэт в целом.