Секретные объекты «Вервольфа»

В установившейся между взрывами тишине стало слышно, как громко зажурчала вода за стеной подвала – наверное, прорвало водопроводную или канализационную трубу и из еще чудом сохранившейся емкости жидкость стала вытекать в полость между завалами.

«Не затопило бы нас здесь!» – должно быть, подумал каждый.

– Пауль, – продолжил молодой солдат прерванный разговор, – я думаю, что русские все равно нас обнаружат, даже если наши документы… – Он несколько понизил голос. – Не вызовут у них подозрений.

– Камрады, – неожиданно для солдат обратился к ним еще не сказавший ни слова нервный человек в кожаной куртке, – я предлагаю, пока нас не обнаружили русские, выбраться наверх и дворами пробраться в сторону Ломзе[59 - Район в центре Кёнисгберга, ныне – прилегающий к улице Октябрьской в Калининграде.

]. Там сейчас сплошные болота, и русские вряд ли сунутся туда. Я надеюсь, вы не забыли о присяге на верность фюреру? – И, не дожидаясь ответа, добавил: – Мы еще покажем русским, как могут сражаться за Родину настоящие национал-социалисты!

Солдаты в ответ не проронили ни слова.

В тишине между разрывами все услышали, как только что говоривший человек в куртке поднялся, повозился немного со свертком, который лежал рядом с ним на полу, достал из него какой-то предмет. Раздался характерный металлический звук, известный всем фронтовикам, когда в короб ручного пулемета вставляется снаряженный магазин. «МГ-34», – отметил про себя каждый из солдат.

– Господин, ортсгруппенлейтер[60 - Ortsgruppenleiter (нем.

) – руководитель партийной ячейки НСДАП в гитлеровской Германии.], – неожиданно раздался голос женщины. – Пощадите нас, уходите отсюда. А то, если придут русские, они перебьют нас всех. Пожалейте хотя бы моего ребенка! Прошу вас!

Человек в кожанке зло выругался.

– Трусы и мерзавцы! Предатели! Дождетесь, что вас перебьют в этом вонючем подвале, как бешеных собак!

– Если нам суждено здесь погибнуть, то только из-за вас, проклятые «наци»! – тихо проговорил старик.

 – Все несчастья Германии от вас. И Кёнигсберг, и мой сын, и моя бедная Лотта – они погибли из-за вас…

– Старик, если ты не замолчишь, я размозжу тебе голову!

В подвале воцарилась напряженная тишина, прерываемая далекими глухими разрывами.

– Вы идете со мной? – с угрозой в голосе снова обратился к солдатам бывший руководитель местной организации НСДАП. – Я сейчас посмотрю, что делается наверху, а вы выйдите через пять минут.