Поэтический язык Марины Цветаевой

Ты, Гётевский апофеоз!

Здесь многое спелось.

А больше еще – расплелось

    (II: 146);

Золото моих волос

Тихо переходит в седость.

– Не жалейте! Всё сбылось,

Всё в груди слилось и спелось

    (II: 149).

В обоих контекстах средним членом, объединяющим слова спелось – расплелось и слилось – спелось является одно и то же слово сплелось. Несомненность его скрытого присутствия очевидна в цветаевской системе преобразования одного слова в другое. При этом несказанное, оставшееся в подтексте, но неизбежно восстанавливаемое слово получает статус самого существенного семантического элемента.

Характерно, что этот нагруженный смыслом «нуль слова» еще и семантически синкретичен: поскольку речь идет о волосах, скрытое слово сплелось имеет прямое значение ‘переплелось, перепуталось’, а поскольку субъект этого действия многое, больше еще, все в груди, несомненно и переносное, абстрагированное значение глагола сплестись – ‘соединиться, слиться друг с другом’.

В произведениях Цветаевой широко распространена паронимическая аттракция анафорического типа, когда общим элементом контекстуально и семантически сближаемых слов является их начало. Обилие слов с инвариантным префиксом неоднократно зафиксировано и с разных точек зрения описано в лингвистической литературе о Цветаевой (см., напр.: Ревзин 1971: 228–231; Черкасова 1975). Однако не только приставочные образования заслуживают внимания. Анафорическим звуковым комплексом, не совпадающим с морфемой, могут быть объединены два слова или несколько:

Коли взять на вес:

Без головы, чем без

Пуговицы! – Санкюлот! Босяк!

От Пугача – к Сэн-Жюсту?!

Если уж пуговица – пустяк,

Что ж, господа, не пусто?

    (П.

: 214);

Смерть самое встречают смехом

Мои усердные войска

    (П.: 26);

Ариадне – сестра

Дважды: лоном и ложем свадебным

    (III: 647).

Кроме того, анафорический комплекс звуков иногда омонимичен настоящей приставке и воспринимается на ее фоне в контексте стихотворения.

Таким образом, анафорическая часть слова становится потенциальной приставкой («квазиприставкой»[28 - О квазиединицах в языке поэзии см.: Григорьев 1979: 283–300.]) в языке поэзии:

Пока еще заботушкой

Не стал – прощай, забавонька!

    (П.: 37);

Длинную руку на бедро…

Вытянув выю…

Березовое серебро,

Ручьи живые!

    (II: 144).