Русский город Севастополь. Книга третья

Павел бросился к батарее, увлекая за собой свой отряд сапёров. Французы пытались перезарядить две небольшие горные пушки. Артиллеристов тут же перебили. Стрелки разбежались. В запальные отверстия пушек вбили ерши, а кокоры с зарядами распороли штыками, снаряды повыкидывали за вал.

Накинулись на мортирную батарею, что не давала покоя сегодня днём. Выгнали штыками охранение, загвоздили пушки и сбросили с лафетов.

Поступил приказ отходить. Солдаты спустились с пригорка, захватив раненых и брошенные французские ружья.

Вдруг Бирюлёв остановил отряд.

– Странная тишина, – сказал он. И вправду, опять кругом всё затихло. – Никак, замышляют что-то. Всем быть настороже!

Невесть откуда появился пластун. Весь в снегу.

– Как ты здесь оказался? – удивился Бирюлёв.

– Лёжка у меня недалеча, у хранцузов под самым носом. Да не в том дело, ваше благородие, – сказал он. – Обходят вас.

– Где?

– Так, вон, с горы спускаются.

– Много их?

– Сотня, мож более, – пожал плечами пластун.

– Тихо! За мной! – приказал Бирюлев.

Вскоре охотники оказался на склоне «Сахарной головы». Отряд французов, ничего не подозревая, крался внизу, надеясь зайти в тыл и отрезать охотникам путь к отступлению. На их головы обрушились русские солдаты. Половину тут же перебили, остальные бросали ружья и сдавались в плен.

Стали отходить. Вдруг Павла нагнал Козлов.

– Ваше благородие, кажись в траншее кого-то из наших оставили. Слышал, ругались по-русски.

Павел бросился к Бирюлёву. Что делать?

– Выручать! – коротко ответил он и громко приказал: – Налево, кру-гом! Строиться повзводно! Ружье на руку! Вперёд марш!

В траншее задержалось несколько матросов.

Их окружили французы и пытались обезоружить. Но матросы ни в какую не хотели сдаваться. Их бы прибили, но в это время в траншею влетели охотники Бирюлёва, и бой закипел по-новому. Французы бежали. Со стороны Сапун-горы послышался бой барабанов. К противнику из лагеря спешила подмога.

Шли обратно быстро, без шума. Французы преследовали. Несколько раз пришлось развернуться и отгонять преследователей штыками.

Вскоре с бастионов загрохотали пушки, прикрывая отряд. Адмирал Нахимов с нетерпением и тревогой ждал доклада, стоя на банкете в полный рост.

– Ох и добавил ты мне седины! – упрекнул он лейтенанта Бирюлёва. Но потом, горячо пожал руку. – Молодец!

Штурм Евпатории

Князь Меньшиков с адъютантом Панаевым объезжали резервную линию на высотах за Севастополем. Вечер выдался хмурый и морозный.