Юрий Григорьев – Сгоревшие тетради

Формула мира не может опираться на мёртвые звёзды.

Он ещё раз наклонился к трубе и долго оглядывал небо.

– Да, нет сомнений. Всё, как всегда. Вон – Полярная звезда, вот – Альтаир, всё на месте. А эта маленькая звёздочка в созвездии Тельца, которую даже не видно без подзорной трубы, – она погасла. Ещё вчера она была здесь – и погасла.

Голос профессора звучал глухо и безжизненно. Всё было кончено. Он поднялся столетним стариком и, забыв закрыть окно, как во сне, спустился вниз и лёг на кровать.

Три дня он пролежал в забытьи, в бреду, а потом умер.

Ему нечего было больше делать на Земле. Похоронили его соседи, а исписанными листами потом ещё долго топили печурку – так много их было.

Собака прожила ещё год. Днями она ходила, как неприкаянная, по улочкам города, заглядывая прохожим в глаза. Ночи она проводила на кладбище у могилы хозяина.

Таинственные звёзды также освещали ночной мир. Мерцали, перемигивались, разговаривали друг с другом. Собака не смотрела на них. Она ничего от них не ждала.

Тут заканчивается история о великом математике.

А жизнь продолжается.

Ну вот – что такое! И почему я не умею врать? Нет, чтобы приклеить хеппи-энд, поженить профессора на какой-нибудь соседке, – пусть забудет свои бредни, нарожают они детей и будут жить-поживать до глубокой старости!

Что в самом деле! Подумаешь, – трагедия! Многие даже не поймут – в чём, собственно, переживания? Какую-нибудь мораль хотя бы добавил, как в басне. Дескать, не смотрите подолгу в небо – закружится голова.

Но помилуйте, господа! Разве я придумал этот мир? Нет, я только пристально вглядывался в него, пытаясь понять – зачем мы сюда пришли и куда мы после уходим?

Кто однажды взглянул назад, на прожитые поколения, задумается – а куда же исчезли, куда провалились все эти миллионы и миллиарды жизней, людей, у каждого из которых были мать, детство, любовь, мечты? Что осталось от этого, кроме пыли веков?

Восходит и закатывается Солнце, загораются и гаснут звёзды, плывут и растворяются в небе облака, рождаются и умирают люди – всё идёт своим чередом и нет этому объяснения, но есть надежда.

1999

Расстроенная личность

Из цикла «Вероятная жизнь гр. Пустякова»

Гуляя по городскому кладбищу, гр. Пустяков обнаружил свою могилу. И надпись на мраморной плите и фотография под ней не оставляли сомнения: здесь лежал Пустяков Иван Васильевич, 52-го года рождения. От изумления широко открыв рот, гр.