Архивы Дрездена: Грязная игра. Правила чародейства

– Кто из них? – спросила Кэррин, уверенно касаясь руками оружия. – Да все они.

– И то верно, – согласился я. – Но будем искать мотивы. Кто лучше выполнит домашнее задание и поймет, что хочет другой, тот и выиграл.

Уголки ее рта дернулись.

– Тогда у нас проблемы. Потому что твои мотивы… уж точно никогда не были ни для кого тайной, Гарри.

– Это для тебя, – сказал я. – Для кого-то вроде Никодимуса я, должно быть, выгляжу как полнейший псих.

– А знаешь что? – Кэррин хихикнула. – Я думаю, ты, наверное, прав.

Я хмыкнул.

– Какой-то из библейских парней собрал армию из сорока воинов или типа того.

– Гедеон. У него было три сотни.

– Я думал, это у спартанцев.

– И у спартанцев тоже, – подтвердила Кэррин. – Если не считать, что у них было около четырех тысяч греков в придачу к тем трем сотням.

– Триста лучше смотрятся в фильме. Но у кого же тогда было сорок парней?

– Столько дней и ночей дождь поливал Ноев ковчег.

– Да ну? У кого-то точно было сорок парней.

– Али-Баба?

– У него не было сорока, это он обвел вокруг пальца сорок.

– Наверное, ты опять вспомнил какой-то мультик, – сказала Кэррин.

– Наверное, – согласился я и уставился на стволы. – Сорок демонов в костюмах. С «узи» в руках.

Она поморщилась:

– Да. Только чтобы вставить патроны во все магазины, мне понадобится часа три, не меньше.

– Что это за цель такая, когда требуется сорок демонов с автоматами?

Кэррин покачала головой:

– Военный объект?

Я хмыкнул.

– Никто не готовит столько оружия, когда нет причины его использовать, – сказала Кэррин. – Если дело дойдет до того, что люди Вязальщика начнут стрелять в людей…

– Мы точно не будет стоять рядом и просто наблюдать, – заверил я ее.

– Хорошо, – кивнула она и скривила рот в брезгливой гримасе. – Если ты бросишься им на помощь, разве это не расстроит Мэб?

– Ее отмороженное величество может расстроиться, да, но если она начнет говорить, что удивлена, я рассмеюсь ей в лицо.

– Но она может тебя убить из-за этого, – произнесла она тихо.

– Как будто она раньше не пыталась, – ответил я по возможности дерзко и уверенно.

Кэррин отвернулась резче, чем следовало. Дело не дошло до падения слез с ресниц или чего-нибудь вроде этого, но на секунду она будто бы постарела на десять лет. Она кивнула, словно собиралась что-то сказать.

– Кэррин? – спросил я.