Архивы Дрездена: История призрака. Холодные дни

Глава 7

Машина у Морти оказалась гибридная – один из этих маленьких игрушечных автомобильчиков, которые могут ездить когда на бензине, а когда на честном слове. Сделали ее, судя по всему, из упаковочной бумаги и изоленты, а еще снабдили компьютером, который запросто смог бы рулить национальной системой аэрокосмической обороны, и у него хватило бы памяти, чтобы играть при этом в крестики-нолики. Или, скажем, в ядерный апокалипсис.

– Пожалуй, к лучшему, что я умер, – буркнул я, забираясь в машинку сквозь закрытую дверь.

 – Если бы я еще дышал, то сильно опасался бы здесь за свою молодую жизнь. Это же не машина, а яйцо. И не нормальное, надежное, сваренное вкрутую. А самое что ни на есть хрупкое.

– И это говорит тип, который десять лет без перерыва гонял на родном брате деревянной машины из «Флинстоунов», – огрызнулся Морти.

– Джентльмены, – вмешался Стюарт, с опаской устраиваясь на крошечном заднем диванчике, – скажите, у вас имеется реальный повод быть недовольными друг другом или же вам просто доставляет детское удовольствие говорить колкости?

Теперь, когда бой остался позади, манеры сэра Стюарта снова сделались церемонными, как и подобало в его родную эпоху.

Кстати, подумал я, над этим стоит поразмыслить. Офицер колониальных войск явно происходил не из «хорошего общества». Официальное, степенное, архаичное построение фраз, явно усвоенное им за годы карьеры, мгновенно улетучивалось в горячке боя.

– Ладно, Дрезден, – буркнул Морти. – Куда?

Он отворил дверь гаража и высунул голову под снег.

Тот теперь валил еще гуще. Вообще-то, в Чикаго хорошо убирают снег в зимнее время… но, черт подери, месяц-то был май!

Судя по высоким, слежавшимся сугробам, холодная не по сезону погода явно застала город врасплох. Проезжую часть покрывал толстый, в несколько дюймов, слой свежего снега. По крайней мере, перед домом Морти очиститель не проезжал со вчерашнего дня. Стоит маленькому гибридному автомобильчику наехать на скользкий участок, и его закрутит, как корову на льду.

Я попробовал прикинуть в голове план города. Я испытывал легкие угрызения совести, заставляя Морти выезжать в такую погоду, – даже с учетом того, что он был жив и более или менее здоров. Я не простил бы себе, если бы с ним что-нибудь случилось, и просить его о чем-либо сверх совершенно необходимого было бы жестоко. Но погода явно ухудшалась, так что уложиться в отведенный им часовой лимит с каждой минутой становилось все труднее.