Архивы Дрездена: Маленькое одолжение. Продажная шкура

– Еще один из них, Никодимус, похоже, формы не меняет, но его долбаная тень может спрыгивать со стены и душить вас. Адски страшно.

– Какой-нибудь униформы, общей для всех, у них нет? – поинтересовалась Молли.

– Ничего даже отдаленно напоминающего нет, – ответил я. – У каждого из Падших, похоже, собственные предпочтения. И я подозреваю, что эти предпочтения меняются в зависимости от того, кто носит монету. Падший Квинта Кассия напоминал змею, и вся магия у Кассия была по-змеиному ползучая. Но он абсолютно во всем отличался от Урсиэли, которая, в свою очередь, совершенно отличалась от нынешней Девицы-Богомола, а эта ни в какое сравнение не шла со всеми остальными виденными мною динарианцами.

Мёрфи кивнула:

– Что-нибудь еще?

– Адепты-головорезы, – сказал я. – Больше похоже на культ, пожалуй. У Никодимуса есть последователи с вырванными языками. Фанатики, вооруженные до зубов и настолько сумасшедшие, что готовы покончить с собой, только бы не попасть в плен к его врагам.

Она поежилась.

– Аэропорт?

– Угу.

– Это все?

– Нет. – Я мотнул головой. – У Никодимуса были еще эти… назовем их цепными псами, пожалуй. С той только разницей, что это не собаки. Не знаю, кто это на самом деле, но они уродливы, быстро бегают, и у них большие зубы. Но не это делает их такими опасными.

– Не это? – переспросил Томас. – Тогда что?

– Падшие, – ответил я.

В комнате воцарилась тишина.

– Это существа древнее времени, которые провели две тысячи лет, изучая все входы и выходы смертного мира и смертного разума, – негромко продолжал я.

 – Они понимают такое, к чему мы буквально не знаем, как подступиться. Они видели все на свете трюки, изучили все ходы, и они – пассажиры, едущие на переднем сиденье рядом с каждым обладателем монеты, если только сами не берутся за руль. У каждого из них безупречная память – это все равно как если бы в их распоряжении находилась целая библиотека информации, а комбинаторы из них такие, что по сравнению с ними кардинал Ришелье показался бы матерью Терезой.

Томас бросил на меня долгий, пристальный взгляд и нахмурился. Я постарался не обращать на него внимания.

Мёрфи тряхнула головой:

– Давайте подведем итог: неизвестное число врагов с неизвестными нам возможностями, поддерживаемое шайкой психов, сворой боевых животных и сверхчеловечески разумной карманной мелочью. – Она покосилась на меня. – Знаешь, с учетом того, как много мы еще не знаем, трудно что-то планировать.