Архивы Дрездена: Маленькое одолжение. Продажная шкура

А если бы все же ухитрился накопить, у меня не осталось бы сил, чтобы ею управлять.

Я на секунду закрыл глаза, пытаясь ощутить следы магических энергий, но клубившиеся в воздухе дым, пыль и продолжавшийся снегопад мешали мне. Во всяком случае, я никак не мог уловить схему, по которой могло строиться необходимое для такого огня заклятие.

Зато я обнаружил кое-что другое. Ось оплавленного отверстия шла не перпендикулярно к стене здания, а под небольшим углом к ней. Я нахмурился и оглянулся, пытаясь проследить, куда упирается невидимая ось.

Мёрфи знакома со мной не первый год, поэтому сразу же поняла, что я заметил что-то особенное. Я тоже знаю ее достаточно хорошо, поэтому обратил внимание, как она хмурится, сдерживая интерес, чтобы не мешать мне работать.

Я выпрямился и пересек улицу. Стена противоположного дома была запорошена снегом и пылью.

– Прикрой глаза, – посоветовал я сам себе и прищурился. Потом поднял правую руку и сосредоточился. – Ventas reductas, – пробормотал я.

На этот раз ветер, вызванный мной, отличался от того шквала, что я обыкновенно использую.

Это был несильный, хорошо отрегулированный ветер. Он срывался с моей руки и дул на стену. То, чему я учил Молли, приносило пользу и мне самому: в частности, я переработал многие самые расхожие свои заклятия – быстродействующие, лишенные особой точности заклинания, к которым чародеи прибегают в самых отчаянных ситуациях. Я пытался обучить им Молли, но ей недоставало такой грубой силы, как у меня, так что вызов достаточно мощного порыва ветра едва не лишал ее чувств. Мне пришлось изменить формулу, чтобы она могла хотя бы умеренно использовать воздушную магию, и в результате нам удалось добиться вполне удовлетворительных результатов, сравнимых по мощности с электрическим феном.

Именно эту формулу использовал я сейчас для того, чтобы очистить стену от снега и пыли. У меня ушло на это полторы минуты, и, закончив, я уловил еще один запах сквозь серную вонь.

– Дважды черт, – сказал я.

Мёрфи шагнула ко мне и посветила на стену фонариком.

На очищенной от снега стене виднелся знак, начертанный чем-то густым, бурым, напоминающим по запаху кровь. Поначалу я решил, что это пентаграмма, но тут же увидел, в чем заключается разница.

– Гарри, – тихо произнесла Мёрфи. – Это человеческая?

– Скорее всего, – ответил я. – Нет эффективнее чернил для сильных заклинаний, чем кровь смертных. Вряд ли что-то иное могло содержать столько энергии, чтобы ее хватило на взрыв такой силы.