Фурии Кальдерона

Я совсем выбилась из сил.

Гай понимающе кивнул:

– Я поговорю с южным ветром. Он поможет тебе попасть туда быстрее.

Амара сглотнула:

– Что мне надлежит искать, правитель? У вас имеются какие-либо подозрения? Если бы я знала, на что мне обращать особое внимание, я…

– Нет, – перебил ее Гай. – Мне нужно, чтобы ты смотрела на все без предубеждения. Отправляйся в долину. Основные события развернутся там. Я хочу, чтобы ты представляла в долине мои интересы.

– Скажите, принцепс, мне там снова будет грозить почти верная смерть? – Амара не стала сдерживать горечи в голосе.

– Почти наверняка, курсор, – кивнул Гай. – Или ты хочешь, чтобы я послал вместо тебя кого-то другого?

Амара покачала головой:

– Я хочу, чтобы вы ответили на один вопрос.

Гай удивленно приподнял брови:

– Какой вопрос?

Амара посмотрела на образ Гая в упор:

– Как вы узнали? Как вы узнали, что я останусь верна Короне?

Гай нахмурился, и морщин на его лице стало больше. Несколько секунд он молчал.

– Есть люди, – произнес он наконец, – которые не способны понять, что такое верность. Ну, конечно, они могут объяснить, что это такое, но душой они этого не понимают. Им не дано вообразить мир, где это понятие реально.

– Как Фиделиас.

– Как Фиделиас, – согласился Гай. – Но ты редкий человек, Амара. Ты полная его противоположность.

– Вы хотите сказать, я знаю, что такое верность?

– Более того. Ты живешь с этим. Ты не можешь представить себе мир, где это было бы иначе.

Ты не можешь предать то, что тебе дорого, как не можешь заставить свое сердце перестать биться. Я стар, Амара. И люди для меня открыты. – Он помолчал еще пару секунд. – Я никогда не сомневался в твоей преданности. Только в твоей способности выйти из этой операции живой. Похоже, за это я должен перед тобой извиниться, курсор Амара. Считай, что выпускной экзамен ты сдала успешно.

Амару вдруг захлестнуло чувство гордости, абсурдной радости за доверие Гая. Она невольно выпрямилась и задрала подбородок чуть выше:

– Мои глаза и уши в вашем распоряжении, принцепс.

Гай коротко кивнул, и за спиной Амары зашелестел листвой усиливающийся ветер. Деревья шумели, как негромкий прибой о песок.

– Раз так, ступай с фуриями, курсор. На благо Алеры.

– Я найду то, что вам нужно, правитель. На благо Алеры.

Глава 7

Фиделиас ненавидел летать.

Он сидел на носилках лицом вперед, так что ветер бил ему в глаза и сдувал волосы со лба.