Фурии Кальдерона

Амара совсем уж было собралась окликнуть Фиделиаса, когда мужчина в темных штанах и куртке, в блестящей кирасе и шлеме возник в тени на дороге в каких-то десяти шагах перед ними. Он появился внезапно и тихо – значит, дело не обошлось без заклинания, и весьма искусного. Это был настоящий великан – почти семи футов роста, на боку его висел тяжелый меч. Он поднял руку в перчатке и скучающим, отстраненным тоном произнес:

– Стой!

Фиделиас прикрикнул на гарганта, и здоровенная скотина, сделав по инерции еще несколько шагов, остановилась.

Колеса тяжело груженной телеги тоже замерли, протестующе скрипнув напоследок.

– Утречка доброго, господин, – отозвался несколько нервным и подобострастным тоном Фиделиас, срывая с головы шапку и комкая ее слегка дрожащими руками. – Как поживаете… осень-то какая славная выдалась!

– Не ту дорогу выбрал, – буркнул великан. Голос его был скучающим, почти сонным, но рука как бы невзначай легла на рукоять меча. – Эта земля недружелюбна к путешественникам.

Поворачивай обратно.

– Да, господин, конечно, господин, – забормотал Фиделиас. – Я всего-то жалкий торговец, странствующий в надежде найти рынок для своего товара. Но неприятности мне не нужны, никак не нужны, господин, мне всего-то нужно окупить затраты, ведь товар-то первосортный, пусть и некстати здесь, но самый что ни на есть первосортный… – Фиделиас закатил глаза и потыкал дорожную грязь носком башмака. – Железо. – Он хитро улыбнулся великану. – Ну, как пожелаете, добрый господин.

Ухожу, ухожу!

Смуглый великан шагнул вперед:

– Постой, купец.

Фиделиас оглянулся.

– Что, господин? – спросил он. – Неужели вас заинтересовал мой товар?

Здоровяк пожал плечами.

– Сколько руды? – спросил он, остановившись в нескольких шагах от Фиделиаса.

– Почти тонна, добрый господин. Сами видите, мой бедный гаргант едва тянет ее.

Мужчина хмыкнул, разглядывая гарганта, и перевел взгляд вверх, на Амару:

– Кто такая?

– Рабыня моя, добрый господин, – отвечал Фиделиас; в голосе его зазвучали льстивые, заискивающие нотки.

 – Коли захотите, господин, могу продать и ее. Работящая, искушенная по части шитья и готовки, а уж что касается ночных утех – вы такое долго не забудете. Два льва, выгодная покупка.

– Твоя работящая девка едет верхом, пока ты идешь пешком, купец. Ты поступил бы умнее, разъезжая в одиночку. – Он критически сморщил нос. – И она костлява, как мальчишка. Гони свою скотину за мной.