Легионы Калара

Ладья сжала ребенка в объятиях еще сильнее, и по ее щекам покатились горькие слезы, несмотря на твердую решимость не плакать.

– И я по тебе скучала, Маша.

– Уже пора, мама? – спросила девочка. – Мы поедем за город кататься на пони?

– Пока нет, но уже скоро, моя малышка, – прошептала она. – Скоро, я обещаю.

Девочка посмотрела на нее огромными глазами:

– Я скучаю по тебе.

Ладья обняла дочь, чтобы не видеть боли в ее глазах.

– И я скучаю. Я очень по тебе скучаю. – Она ощутила присутствие Калара у себя за спиной в дверях гостиной и повернулась к нему, не глядя в глаза.

 – Мне очень жаль, малышка. Не сейчас, я должна уйти.

– Но ты только что пришла! – заплакала Маша. – Вдруг ты мне будешь нужна, а я не смогу тебя найти?

– Не беспокойся, – мягко сказал Калар, но в его глазах сверкнула сталь. – Я позабочусь, чтобы дочь моей верной служанки оставалась в безопасности. Даю слово. Я очень высоко ценю твою верность.

Ладья отвернулась, заслонив своим телом Машу от Калара. Она прижала к себе плачущую девочку, и по ее щекам потекли яростные слезы ужаса.

Ладья услышала, как Калар повернулся и ушел в свой кабинет, негромко посмеиваясь.

– Больше и опаснее, чем он рассчитывал. Намного больше…

* * *

Эрен сидел за расшатанным письменным столом летнего домика с распахнутыми окнами, пот капал с его носа на лежавшие перед ним бухгалтерские счета, скапливался на кожаном ошейнике раба и периодически скатывался на тонкую рубашку. Летом на Закатных островах царила жуткая жара, но – слава великим фуриям – наконец температура начала падать.

Мошкара звенела над головой Эрена, маленькие ласточки влетали в широко распахнутые окна и ловили ее. Рука у него постоянно затекала, и ему приходилось откладывать в сторону гусиное перо. Он как раз положил его на письменный стол, когда в комнату вошел невероятно худой мужчина.

– Эрен, – прорычал он, – клянусь кровавыми во?ронами, я купил тебя не для того, чтобы ты сидел и глазел в окно.

Эрену захотелось сломать дураку шею, но курсор не может допустить, чтобы чувства мешали исполнению долга.

Его задание состояло в том, чтобы оставаться невидимым на Закатных островах, наблюдать, слушать и отсылать донесения на материк. Он взял перо и склонил голову:

– Да, мастер Аллус. Извините. Я лишь дал чуть отдохнуть моим пальцам.

– Отдохнешь на виселице, если я увижу, что ты продолжаешь лентяйничать, – заявил Аллус и подошел к невысокому шкафчику, где стояли грязные стаканы и бутылки дешевого рома.