Битва за Кальдерон

Варг сжал кулаки, и Тави увидел, как у канима зашевелились когти.

Ему захотелось завопить, выругать себя за глупость, но он продолжал сохранять холодное, спокойное выражение лица и не опустил кинжала.

Варг вскинул голову и издал лающий звук. А потом выпустил Тави, который отступил на шаг.

– Зато от тебя пахнет страхом, мальчишка, – заявил Варг. – А еще ты карлик, даже с точки зрения твоего народа. И дурак. Но, по крайней мере, ты знаешь, что такое долг.

Каним склонил голову набок, обнажив часть своего горла.

Жест выглядел невероятно странным, но Тави решил, что это что-то вроде уважительного кивка.

Он слегка склонил голову в ответ, не опуская глаз, и убрал кинжал в ножны на поясе. Каним с презрением оглядел легионеров:

– Вы об этом пожалеете. И очень скоро.

С этими словами Варг закутался в плащ и вышел из караульной комнаты, направившись к винтовой лестнице, ведущей наверх. Он издал тот же лающий звук, но не оглянулся.

У Тави отчаянно дрожали ноги, и он, с трудом добравшись до деревянной скамьи, рухнул на нее.

– Что, вороны тебя забери, это было? – через секунду, заикаясь, спросил Бартос. – Тави, ты в какие игры решил поиграть?

Тави помахал рукой, стараясь, чтобы она не дрожала:

– Дон Бартос, прошу меня простить. Мне не следовало так с вами разговаривать. Я приношу вам свои извинения, но я почувствовал, что должен сделать вид, будто я ваш начальник.

Легионер переглянулся со своими товарищами, а потом спросил:

– Зачем?

– Вы колебались.

Он обязательно напал бы на вас.

– С чего ты взял? – нахмурившись, спросил Бартос.

– Я многому научился в своем домене, – с трудом подбирая слова, ответил Тави. – И среди прочего – как следует вести себя с хищниками. Им нельзя показывать страх или колебания, иначе они обязательно нападут.

– И ты считаешь, что я показал ему свой страх? – сурово поинтересовался Бартос. – Так? Что я вел себя как трус?

Тави покачал головой, стараясь не смотреть легионеру в глаза:

– Просто я думаю, что каним именно так трактовал ваше поведение.

Язык тела, манера держаться, поза, зрительный контакт – это для них очень важно. Не только слова.

Бартос покраснел, но тут вмешался один из легионеров:

– Мальчик прав, Барт. Ты всегда пытаешься притормозить, когда чувствуешь, что может возникнуть бессмысленная потасовка. Стараешься найти обходной путь. Возможно, сегодня этого делать не следовало.