Расширение прав и возможностей женщин в России

Россия представлялась чистым листом, а опыт, ценности, квалификацированность советских людей обесценивались.

Вот почему многие из россиян, изначально полных надежд и настроенных прозападно, постепенно разочаровывались в потенциале так называемого обмена между Востоком и Западом быть площадкой для диалога, взаимного обучения и уважения[24 - То же самое можно сказать и о проекте по реструктуризации и трансформации высших учебных заведений и преподавания общественных дисциплин в бывших социалистических государствах.

Специальный выпуск англо-венгерского журнала Replika посвящен теме реструктуризации высшего образования и преподавания общественных наук по западному образцу. Авторы задаются вопросом «колонизация или освобождение?». В середине и в конце 1990-х годов я была свидетелем многих полемичных дискуссий в интернете по поводу этого проекта по пересмотру образовательных программ.].

Такова оказалась реальность этих ведущих инициатив по развитию.

То же самое случилось и с феминизмом, несмотря на самые добрые намерения участниц первых обменов.

Когда рухнул государственный социализм, западные феминистки впервые смогли наладить прямой диалог с советскими и восточноевропейскими женщинами. Это был диалог без участия надзирателей от партии.

Западные феминистки познакомились не только с представительницами государственных женских организаций. Они встретились с диссидентками, писательницами, исследовательницами – с женщинами, стоявшими на передовой в борьбе за изменения в обществе.

Падение Берлинской стены и развал правящих режимов в 1989 году прокладывали дорогу для более устойчивых отношений и сотрудничества.

Западные ученые-феминистки и активистки ринулись в Россию и Восточную Европу и в знак солидарности были готовы объединиться с женщинами этих стран.

В рамках схем городов-побратимов и академических обменов появилось огромное количество горизонтальных связей.

Эти макросдвиги создали условия для новых близких связей и отношений – ведь по частным приглашениям россияне, американцы, англичане попадали домой друг к другу.

Однако эйфория и оптимизм в отношении сотрудничества быстро сменились утратой иллюзий и разочарованием обеих сторон.

Не успели старые границы рухнуть, как их место заняли новые: социоэкономические классовые барьеры, новые различия, столкновения идей.