Темные тайны

Сера внимательно смотрит на меня, а потом спрашивает:

– Ты действительно ее не чувствуешь?

Вопрос меня удивляет, но я не готова рассказать им о тех видениях, которые у меня возникают, поэтому качаю головой. Близнецы глядят на меня одинаковыми глазами янтарного цвета.

– У твоей мамы был мощный дар, – замечает Сера. – Маман считает…

Дельфина опять кричит.

– Asteur! – А это слово я знаю, оно означает «Сейчас же!»

Сера отвечает, что они уже идут, затем Сандр обнимает меня на прощание, а Сера наклоняется ко мне, чтобы прошептать на ухо:

– У тебя непременно должна быть какая-то сила, Грей, ты должна это чувствовать.

Затем близнецы спешат на причал и садятся в лодку. Я остаюсь, бездумно пялясь на рисунок в моей руке и размышляя, что имела в виду Сера. Насчет моей матери. И насчет меня.

Лапочка зовет меня в дом ужинать, поэтому я складываю рисунок и прячу его в задний карман. Она приготовила мое любимое блюдо – рыбу зубатку с «грязным рисом»[13 - Каджунское блюдо, состоящее из белого риса, приготовленного с луком, перцем, куриной печенью и травами.

], а на десерт – домашнее пралине. Сахарок сидит между нашими стульями, пуская слюни и надеясь, что кто-нибудь что-то уронит. Вкус у еды просто божественный, но я не могу наслаждаться ею, потому что думаю о том черном сундуке.

Едва закончив помогать Лапочке с грязной посудой, я сразу нахожу предлог, чтобы улизнуть. Уже темнеет, когда я выскальзываю из кухни и иду по коротенькой дощатой дорожке, ведущей к маленькому сараю на заднем дворе.

Сейчас отлив, и я ощущаю тошнотворно-сладковатый запах ила и гниений.

Дверь в сарай никогда не запирается – никакие двери в Ла-Кашетте не запираются, – поэтому она открывается сразу, когда я поворачиваю ручку. С потолка свисает электрическая лампочка без плафона, но, когда я тяну за шнурок, свет не загорается. По всей видимости – перегорела. Надо было взять с собой фонарик. Солнце еще не село, но в сарае нет окон, и приходится довольствоваться только тем закатным, тусклым светом, что проникает сквозь открытую дверь.

Через хлам, пыль и паутину я расчищаю себе путь в заднюю часть сарая. Свет быстро уходит, и я с трудом разбираю надписи на картонных коробках, сложенных друг на друга высотой до плеча.

«РОЖДЕСТВЕНСКИЕ УКРАШЕНИЯ»

«ТУРИСТИЧЕСКОЕ СНАРЯЖЕНИЕ»

«ДОСКА УИДЖА»[14 - «Говорящая» доска для спиритических сеансов.]

Ну, вы понимаете, те вещи, которые все хранят в чулане.