Соблазн для возлюбленной

Его терзал один вопрос: кем ему предстояло стать для таинственного визави – телохранителем или нянькой? И какие неприятности мог доставить ему странный спутник, навязанный Георгом? Через некоторое время, когда солнце уже взошло, карету сильно тряхнуло на выбоине, и незнакомец едва не свалился на пол.

Из-под соскользнувшего плаща показалась густая золотистая шевелюра, и юное создание выпрямилось на сиденье. Юноша – если это, конечно, было существо мужского пола – был роскошно одет. Монтгомери поразил его высокий накрахмаленный воротник, расшитый драгоценными камнями.

Тонкие пальцы были унизаны перстнями. На груди красовался крупный медальон на толстой золотой цепочке. Драгоценности, которыми блистало юное создание, стоили целое состояние. Монтгомери разглядел гладкие щеки цвета слоновой кости, темно-синие глаза и ямочки, которые появились, как только его спутник улыбнулся.

– У вас хорошенькое личико, – подозрительно прищурившись, сказал Монтгомери. – Если вы женщина, я отвезу вас обратно в Лондон.

– Я должен предъявить вам свои мужские причиндалы? – негромко спросил визави.

Это было так неожиданно, что Монтгомери расхохотался.

– Я взгляну на них, когда мы облегчимся у одной из скал. Георг не предупредил меня, что вы столь юны. Есть ли веская причина, по которой он не назвал мне ваше имя и не сказал, кем вы являетесь?

– Что значит «кем»?

– То есть я хотел спросить, не являетесь ли вы одним из внебрачных детей принца? – уточнил Монтгомери.

Юноша в ярости вскочил, но тут же ударился макушкой о крышу кареты.

Кучер попридержал лошадей, очевидно думая, что ему велят остановить экипаж. Монтгомери громко приказал продолжать путь и, схватив юношу за руку, усадил его на мягкое сиденье.

– Вам повезло, вы чудом не разбили голову! – сказал он. – Если снова разозлитесь на меня, оставайтесь лучше на месте. И предупреждаю: я не терплю истерик. Так вы не внебрачный сын Георга? Приношу свои извинения за это дерзкое предположение. Но вы для меня – дитя. Принни должен был предупредить меня о вашем возрасте.

– Мне семнадцать, я уже далеко не ребенок, – ответил юноша высокомерно.

– Вот как? Ну, ладно. Давайте познакомимся. Меня зовут Монтгомери Таунсенд. Можете называть меня лорд Таунсенд. А как мне величать вас?

– Можете называть меня «ваше высочество», – сухо ответил юноша.

– Именно так? – с сомнением произнес Монтгомери. – Георг предупреждал, что вы склонны ко лжи. Значит, так, слушайте меня внимательно.