Секрет. Беседы о суфизме

Из-за фальшивых учителей мир ввергнут в состояние чрезмерного хаоса. А кто является фальшивым учителем? Фальшивый учитель – это тот, кто переходил от одного учителя к другому, нигде не задерживаясь, не укоренившись ни на одном пути, но кто собрал много информации, стал знающим. Теперь он может учить. Все, чему он учит, – тарабарщина, но он наслаждается своим учительством, его эго получает от этого большое удовлетворение. Он – знающий, а другой человек невежествен. Это очень приятно.

Остерегайтесь этих ловушек, они появляются на пути любого искателя.

И всегда можно убедить себя, что вы получили огромную пользу, много выгод. Человеческое эго таково, что не может признать глупость своего поведения.

Несколько дней назад один человек принял саньясу. Он – джайн, многие годы он следовал по пути джайнского монаха. Это старый человек. Приняв саньясу, он спросил:

– Должен ли я начать делать твои медитации, или мне можно продолжать мои медитации, которыми я занимаюсь уже тридцать лет?

Я посмотрел на этого человека: в нем не было и следа медитации.

Я спросил у него:

– А как повлияли эти медитации? Они тебе помогли? Вырос ли ты с их помощью? Стал ли ты безмолвным, счастливым, удовлетворенным? Ты реализовался? Проник ли в тебя свет благодаря этим медитациям? Осознал ли ты то, что есть?

Он ответил:

– Да. Они принесли огромную пользу. Я многому научился. С их помощью я вырос.

Я сказал:

– Тогда все в порядке.

Продолжай свои прежние медитации. Нет необходимости. Но зачем ты принял саньясу?

Он ответил:

– Я подумал, что, может быть, есть что-то еще, или я что-то упустил – хотя я и так чувствую себя прекрасно – но, может быть, можно приобрести что-то еще.

Я сказал:

– Продолжай свои прежние медитации. Обратись ко мне только тогда, когда увидишь, что они ничего тебе не дали. До тех пор я не посоветую тебе делать мои медитации.

И на следующий день он написал мне письмо: «Я прошу прощения.

Я всю ночь не мог заснуть. Что я за дурак? Ведь ничего не произошло. И как я мог сказать тебе: „Да, произошло многое“? Я думал, – писал он, – что даже если я скажу, что произошло многое, ты все равно велишь мне делать твои медитации, но ты просто сказал: „Хорошо, тогда продолжай“. Потом я стал размышлять над этим. Я посмотрел назад, обратился к своему прошлому, и оказалось, что эти тридцать лет были потерей времени.