Другая жизнь

Потом, в телефонном разговоре, он признался, что просто хотел, чтобы она перестала себя калечить. Он не осознавал собственной силы.

А Тесс рассказала, что они, по сути, даже не трахались. Да, на полу валялись их вещи, а вся комната пропахла сексом, но ее добило другое. То, как нежно та женщина придерживала его голову, пока Сэл спал у нее на груди, безмятежно подложив ладони под подбородок. «Мне он никогда не позволял так себя обнимать, – призналась она. – А я всегда мечтала об этом – но он вечно отстранялся».

Когда Тесс обнаружила любовницу, та потянулась и зевнула, будто не произошло ровным счетом ничего необычного. Она скинула одеяло и осталась лежать посреди кровати совершенно голая, с улыбкой наблюдая, как они кричат друг на друга.

Так и началась эпоха Матильды.

Лето 2003

– Заходи.

Анна жила в одном из шести одинаковых домов, построенных на тупиковой улочке в элитном районе города. Такие особнячки – просторные, ухоженные – часто украшают обложки тематических брошюр или иллюстрируют статьи из раздела «Имущество и финансы».

Она стояла на крыльце, украшенном аркой, босая, прислонившись к дверному косяку. Перед выходом из дома я дважды переоделся, добирался до места аж на двух автобусах, а теперь она приглашает меня войти так, будто ничего обыденнее на свете и быть не может. Будто я ее парень.

Я закрыл за собой дверь, сбросил обувь – отчасти по привычке, а отчасти и потому, что начищенные до блеска полы из белого мрамора, казалось, совсем не готовы были к тому, чтобы их пятнал какой-то чужак.

– Как добрался, без приключений? – спросила Анна, уперев руки в боки.

– Да, прекрасно.

– Как-никак живем мы на отшибе. Я вечно переживаю, что людям сюда чересчур далеко ехать.

– Да брось, все прекрасно.

– Ну и жара сегодня. – Она прижала ко лбу тыльную сторону ладони.

– Не откажусь.

Мы пересекли коридор и подошли к окну, в которое ослепительно било солнце. По обеим сторонам поблескивали стеклянные двери, ведущие в большие, одна другой просторнее, комнаты, выстеленные светлыми коврами и начищенные до блеска. Казалось, передо мной декорации рая, не меньше. Кругом ослепительная, абсолютная белизна, и спрятаться негде.

Анна шла впереди, а я шел следом и пялился на нее.