У нас темно. Долгая ночь в Электрическом городе

Я не спеша потер руки друг о друга, хотя они не мерзли, и с неохотой ответил:

– После переезда к бабушке с дедушкой у меня была подруга – и привычным бесцветным голосом, каким я обычно разговаривал с психотерапевтом добавил – она помогла мне адаптироваться в новой школе, хотя сама была на несколько классов младше. Непросто бывает новичку влиться в коллектив в выпускной год. Мы быстро подружились, но она болела и за несколько месяцев до моего выпуска умерла.

– Это так печально – грустно посмотрела на меня Мэлоди – мы очень тебе сочувствуем.

– Знаю – кивнул я, на секунду мне показалось, что они начнут коллективно подражать моим эмоциям, чтобы разделить боль близкого, я уже видел такие зрелища на общих терапиях и нечто похожее однажды в школьном театре.

– У тебя было время с ней попрощаться – участливо сказала Доминика – это хорошо, лучше так, вот родители Мэлоди бросили ее, оставив в неведении, да и моя история не лучше, а у Индии… не напомнишь, кто у тебя умер? – посмотрела она на Индию, щелкая пальцами, пытаясь помочь себе вспомнить.

– Не столь важно, Доминика – приторным голосом произнесла Индия, участливо посмотрев на меня – как ты себя сейчас чувствуешь? Потери даются тяжело, так что нормально, если ты все еще скорбишь – сказала она – мы понимаем, почему ты… – она не договорила фразы, оставив скорбную нить, протянутую ко мне.

– Все нормально – ответил я, не поддавшись на предложение изложить историю из первоисточника – то есть то, что я сделал было глупо.

К тому же она сказала, что я должен отпустить ее. Уже несколько недель она лежала в больнице и однажды, пока я держал ее за руку, она улыбнулась и сказала, что когда придет время, я должен буду отпустить ее.

– Тебе стало лучше после таблеток? Ты ведь не сделаешь это снова? – серьезно спросил Геллерт.

– Какой разговор – с улыбкой ответил я – конечно мне стало лучше, все это уже позади. дядя с тетей должно быть понимали, что мне нужен новый старт, вот отправили меня сюда – я продолжал улыбаться, но мне было не по себе от собственного голоса.

Я звучал, как ведущий радиоперадачи, который перепутал Рождество с Хэллоуином, а перед глазами у меня маячило неочертанное нечто, то ли лицо, то ли простынь, то ли туман.

– Да, кстати – спохватился Геллерт – на вот, держи.

– Что это? – спросил я, принимая сверток.

– Разовая бесплатная акция от нас – рассмеялась Мэлоди – подарок в честь приезда.