В поисках слуха

Так, а что же такое музыкальный слух?

А «музыкальный слух», внезапно, – не научное понятие. Это просто выражение, которое не означает ничего конкретного, кроме того, что у человека вроде бы есть способности к музыке. И даже совсем не обязательно к пению.

Есть ли у меня слух?

В бытовом смысле, когда тебе задают вопрос, есть ли у тебя «слух», обычно имеется ввиду: «получается ли у тебя петь?» И когда ты сам пытаешься понять, есть ли у тебя «слух», и просишь тебя «послушать» – тебя могут попросить спеть что-нибудь общеизвестное, например: «В лесу родилась елочка».

И вот тут у меня начиналось самое интересное.

Помните, я говорил про квантовую механику? Я почти что не шутил.

Самый известный парадокс квантовой механики состоит в том, что результат опыта зависит от наблюдателя. Есть наблюдатель – один результат. Нет наблюдателя – другой результат.

Вероятно, вы также слышали о знаменитом коте Шредингера, который то ли живой, то ли мертвый, то ли одновременно живой и мертвый.

Я неоднократно обращался к самым разным людям с просьбой оценить моё пение. И, как правило, результат зависел от того, какой слух у моего слушателя.

Происходило это примерно так.

Если меня слышали друзья и знакомые со «слухом», они говорили мне:

– Всё плохо, никуда не попадаешь.

Или:

– Ну, так себе… В половину нот попадаешь…

Как это в половину, думал я. Почему не во все сразу или никуда вообще? Если слышишь, вроде бы должен попадать во все, а если не слышишь, то никуда? Так должно быть «по логике»?

Но вот если меня слышали мои «непоющие» друзья, они отвечали мне:

– Ты хорошо поёшь!

– Как это «хорошо»?! Ребята, у меня же нет слуха, я это точно знаю!

– Ну… По сравнению с нами, слух у тебя есть!

Это ставило меня в тупик.

В моём случае – если у слушателя «нет слуха», то моё пение для него звучит хорошо. Если у слушателя «есть слух» – ну не то, чтобы совсем ужасно, но «не так».

Если бы не этот «парадокс пения», если бы все до одного слушатели мне говорили: «всё плохо», я бы, наверное, и не стал заниматься этой темой, и этой книги бы не было. Но «парадокс» был, и я хотел в нем разобраться. И в конце концов я пришёл к преподавателю вокала.