Лев Спарты

Я всегда любил тебя… с тех пор, как я себя помню, я желал только тебя. И это случится.

– Я тоже, Теусер, но… мы не можем быть уверенными. Если что-нибудь произойдет и…

– Но что может произойти?

Элла застонала.

– Это тайна, а от тебя у меня нет тайн.

Он понял, что это важно для нее, и нерешительно позволил ей высвободиться и сесть.

– О чем ты говоришь?

– Пока твой отец не вернется из путешествия, мы не сможем стать мужем и женой, если только это не будет позволено царем. Царь может дать такое разрешение, но только во время войны.

– Но ведь я уже говорил об этом.

– А если войны нет?

– Нет войны? – не веря своим ушам переспросил Теусер.

– Тетя Горго сказала мне… это нельзя повторять… ходят слухи, что некоторые из членов Совета выступают против этой войны.

Теперь он полностью отпустил ее и в ярости сжал кулаки.

– Это не может быть правдой! Леонид никогда не согласится, чтобы мы склонили головы…

– Но Совет…

– Совет! – прорычал Теусер. – Они слишком стары, чтобы сражаться, поэтому им хочется, чтобы и все остальные сидели по домам!

Элла смотрела на его четко очерченный на фоне белой стены профиль.

Решительно вынесенный вперед подбородок принадлежал воину, презирающему проволочки. Точно так же, допустила она тайную мысль, он говорит о нетерпеливом возлюбленном, не терпящем отсрочек. В нем соединились они оба. А что соединилось в ней?.. Истинный спартанец жил для войны и желал войны. Она же желала войны только потому, что та позволит ей и Теусеру пожениться. Ее желание обладать им стало столь настоятельным, что она предпочла бы призвать войну на их головы, чем ждать еще неделю возвращения его отца. И когда они возлягут вместе, и он уйдет сражаться и будет убит…

Словно уловив ход ее мыслей, Теусер опять заключил ее в объятья.

– Ты моя, – произнес он. – Моя. Ничто в мире не заставит нас быть сейчас порознь. Ничто. Никто.

Быстрым поворотом гибкого юного тела она высвободилась, решительно встала и оправила свою тунику.

– Кроме нас самих, Теусер, – сказала она, переведя дыхание.

 – Еще один день – если ты действительно любишь меня. Завтра мы поговорим с царем. До тех пор ты должен потерпеть. Я не какая-нибудь девица из гимнасия. Неужели меня не стоит дождаться, Теусер? Вспомни поговорку: когда дождь выпал, ничто не в силах вернуть его на небеса.

Он встал и снова попытался поймать ее.

– Элла, мы должны быть честны перед нашей любовью…

Она знала, что он побежден и что это был его последний протест.