Хризалида. Ветры перемен

Он сам не может появиться прямо в городе, но через вот такие амулеты может вселяться в своих последователей. Его верующие, как и наши, обязаны таскать символ веры на теле. На всех городских воротах должны стоять наши жрецы и проверять всех входящих на наличие «темных предметов». Магозрение жрецов будет изменено в любом моем храме. Расход энергии веры сильно увеличится, но так мы хотя бы сможем уменьшить его силы и ограничить в действиях.

– Что еще?

– Ищем этого Саджи! Выдели средства клана на его поиски.

* * *

Карл и Малколм Шульцы сидели в комнате куратора детского дома.

Оба брата работали на этот детдом и унаследовали от родителей привычку делать свою работу предельно хорошо. Второй традицией, полученной от родителей, стало чаепитие каждый субботний вечер.

– Что думаешь о наших подопечных? – Малколм был финансовым консультантом. Ему надо было понимать, какие предложения он может делать для спонсора детдома.

– Восхищение! – Привычка Карла излагать мысли коротко появилась после армии.

– А поподробнее?

– Они восхитительны! Каждый из них вырастет сильной личностью, и я приложу к этому все необходимые усилия. Они умны и с каждым днем становятся все более развитыми. Порой они слишком экспрессивны, вспыльчивы, эгоистичны, но такова плата за гениальность. Мистер Борк был гением, когда решил поместить своего внука в подобные условия. Дети растут быстрее, если вокруг них соответствующая обстановка. Гении среди гениев – и у нас уже есть первый среди равных.

Карл стал созерцательной натурой после армии.

Каждого солдата армия меняет по-своему. У Карла появилось умение получать удовольствие от наблюдения на посту.

– Я смотрю, тебе нравится эта работа. – Малколм отпил из кружки чай с бергамотом. – И кто же наш Цезарь?

– Один очень тихий мальчик – Анжи Ганет. Наблюдая за ним, я порой забываю, что передо мной ребенок. Он всегда напряжен и собран, никого не боится и конфликтов не устраивает. Он отличается от других подростков спокойствием и умением молчать. Если нет смысла говорить, он просто слушает, таким образом удовлетворяя свою потребность в общении.

– Разве это делает его Цезарем?

– Нет… Не в этом дело. Понимаешь, он пугает меня. В армии нас учили быть тенью и двигаться незаметно, всегда чувствовать внимание других людей, и именно это сделало меня таким наблюдательным. Анжи всегда чует, если я подхожу к нему, – Карл улыбнулся, – и всегда приветствует меня в такие моменты, демонстрируя осведомленность о ситуации.