Принцы Тальзеура

Питание, пищеварение, размножение, получение энергии – все навыки либо остановили свой рост, либо замедлили, намекая на то, что в этой области Гезихт достиг предела развития. Не осталось еды, которую он бы не пробовал, и генокода, который не расшифрован.

Беда пришла откуда не ждали. Стоило волне опустить Гезихта на дно, как началось сильнейшее землетрясение. Воду и землю корежило, разрывало, сминало и растирало в пар и пыль. Кислотный гейзер вырвался из-под земли, уничтожая всё живое. Разом погибли все микроорганизмы, вода стала мутной и вязкой, а по дну прошелся настоящий дождь из мертвых тел.

В кислоте они растворялись до неорганического состояния, покрывая ил слоем углерода.

Между водой и каменным дном океана была тонкая газовая прослойка, где действие кислоты было не таким сильным, как у поверхности. Сотая доля миллиметра, где смогли выжить самые везучие организмы. Гезихт лишь отчасти подпадал под это описание. Кислота выжгла его тело, заставив перейти в состояние споры, которым пользуются бактерии, оказавшись в неблагоприятной среде.

Выживание в этом месте само по себе было чудом, и не достигни Гезихт морского дна в короткое время, его оболочку также разъело бы кислотой.

Используя запасы питательных веществ, Гезихт создал новое тело и начал поедать выживших. Его не волновала кислота, малое число спасшихся, а только еда и новые фрагменты генокода. Счастье длилось недолго, и вскоре на дне остался только Гезихт. Сама природа создавала такие условия, в котором он не должен был выжить.

Хищник начал голодать и снова создал многослойную защитную оболочку. Собранных фрагментов генокода было недостаточно для выживания в экстремальных условиях.

Волны перемещали его тело по дну, расширяли охотничьи угодья. Стоило неосторожному микробу показаться Гезихту на глаза, как тот уже несся к нему с уникальным торговым предложением. Как только находились выжившие, Гезихт снимал защиту и «убалтывал» жертву на обмен генами.

Все они становились его едой, даруя новые фрагменты генокода. Самые сильные, самые выносливые, самые приспособленные к новым условиям жизни становились пищей для первого хищника этого мира.

Тенденция постепенного уменьшения еды говорила о том, что в кислоте никто не может жить долго. Газовая прослойка уменьшается, а вместе с ней и пригодное для жизни пространство. Прошло много времени с последней встречи Гезихта с другими бактериями.