Кто в списке у судьи?

Моя специальность – хладнокровные убийцы, перевозящие кокаин, и неонацисты, отправляющие по почте бомбы. Продолжай.

– Все это пока бездоказательные предположения. По утверждениям моей свидетельницы, тоже безымянной и слишком напуганной, чтобы раскрыть свою личность, этот судья убил за последние двадцать лет по меньшей мере шестерых. Шесть убийств в шести разных штатах. Он был знаком с каждой из жертв и терпеливо преследовал их, дожидаясь удобного момента. Способ убийства всегда одинаковый – удушение веревкой одного и того же типа.

Его метод, его подпись. Место преступления он всегда оставляет в идеальном состоянии: никаких улик, только веревка на шее жертвы.

– Все дела глухие?

– Именно так. У полиции ничего нет: ни свидетелей, ни отпечатков, ни волокон, ни следов обуви, ни крови, ни мотива. Полный ноль.

– Раз он был с ними знаком, то должен существовать мотив.

– Блестящее замечание классного агента ФБР!

– Благодарю. Просто это само собой разумеется.

– Ну да.

Мотивы есть, но они разные: одни выглядят серьезными, другие пустяковыми. Всех я не знаю.

– Для него они все серьезные.

– Да уж…

Элли снял правую руку с колена Лейси и почесал подбородок. Немного поразмыслив, он спросил:

– Разбираться поручили тебе?

– Нет. Свидетельница еще не подала официальную жалобу на судью – слишком напугана. Вчера Клеопатра сказала мне, что КПДС не станет расследовать убийства.

– И что же будет дальше?

– Полагаю, ничего. Без официального обращения мы ничего не можем предпринять.

Судью никто пальцем не тронет, он продолжит заниматься своими делами, в том числе убивать – если он убийца.

– Ты говоришь так, словно веришь этой свидетельнице.

– Да, я ей верю. Меня мучает это с понедельника, именно тогда мы познакомились и она внушила мне доверие.

– Почему бы ей не поделиться своими подозрениями с полицией?

– Есть несколько причин не делать этого. Первая: она боится и уверена, что убийца обо всем узнает и добавит ее в свой список.

Больше всего ее смущает то, что у полиции нет оснований ей верить. У копов в захолустье Южной Каролины нет времени на возню с каким-то «висяком» на юге Флориды. У копов в Литл-Роке нет времени на такое же убийство в Чаттануге, поскольку там не нашли никаких улик.

Элли задумчиво кивнул.

– Получается четыре. Где еще два?

– Про них она еще мне не рассказала.

– Кого убили в Литл-Роке?

– Газетного репортера.