Бросай кости

Верит в то, что… постойте… а во что она верит-то?!

– Мы где, мать его?! – стараюсь встать, держась за кушетку Макса.

– В игре, Миша, – отвечает он.

– Слава Богу! – выдыхает Микаэлла. – В общем, в каюте костей нет, Миш. По крайней мере, моя пуста.

– Значит, пусты будут все каюты, – уверенно говорит Макс. – Видимо, придется пока поиграть в сюжет. Главное – пробудить теперь нашего майора.

И мы втроем поворачиваемся к Джесс.

Сделать ничего не успеваем – она тут же выходит из комнаты и нажимает на кнопку, аварийно закрывающую эту чертову дверь.

Мы с Микой бросаемся к ней, но уже поздно.

«Капитаны, – раздается голос Джесс из динамика, – видимо, вы поражены каким-то нейролептическим газом, и он задурманивает вас. Я вынуждена отстранить вас от командования до полного выздоровления».

И связь обрывается.

– Гадство! – ору я. – Блин, это все моя вина! Макс, прости!

– Видишь? – улыбается он. – Я же сказал, что будешь прощения просить.

– Ладно, что делать-то теперь? – Микаэлла проходит к кушетке Макса, обходит ее и встает с другой стороны.

Внимательно наблюдает, как медицинская летающая станция проводит операцию на бедре Макса.

– Пока выбора особого нет, – говорит он. – Сейчас мне «починят» ногу – и будем что-нибудь делать. Хорошо, что у Джесс не хватило мозгов транквилизаторами нас заколоть. Будем думать. Выход, определенно, есть – в игре не бывает тупиковых ситуаций.

Впервые я видел Макса таким серьезным… и без сигареты во рту.

Я видел, как он думает – этот процесс прямо-таки отображался на его лице.

И тот момент, когда ему в голову пришла идея – был бесценен. У него в глазах словно что-то вспыхнуло – будто зажегся свет, эдакая внутричерепная лампочка.

– Кто-нибудь из вас шарит в кибернетике? Что за специализация у вас? Какие навыки, помимо боевых?

Теперь свет зажегся и у меня. Он спросил – и я вдруг понял, что и правда с какого-то перепугу помню, как и что делать с роботами, как их программировать, и так далее.

Я даже помню все команды и лазейки в кодах медицинских роботов, хотя все еще не представляю, откуда вся эта информация.

– Модель Б-триста восемь, – произношу я, после чего лампочки летающего робота начинают мигать, – запустить протокол «Четырнадцать».

И двери медицинского центра тут же отъезжают в стороны. Не только наша дверь, а вообще все двери всех типа палат.

Макс очень медленно переводит на меня взгляд.