Слабым здесь не место. Охота

А дабы не быть голословным, обещал к вечеру предоставить все бумаги, что должны были привезти те три охотника, за которыми посылали еще вчера.

Рассказ был долгим, но Балес не заметил пролетевшего времени. Уже давно рассвело и, можно сказать, потеплело. Падал редкий снег.

– Вы не убили его? – короткий вопрос, лишь бы не прервать историю.

– Дабы выжить, – Тархельгас не раскрыл правду о том, что расправиться с заказчиком не позволили голоса, так как видели в нем помощь и спасение, – я промолчал.

Уже в конторе он сам оформил на меня нужные бумаги. Охотники, что не удивительно, так и не явились. Затем выдал печать, листы предписания, и я стал тем, кем являюсь. Тогда он остался жить.

– Тогда?

– Спустя две кровавые пары я нагнал банду, в которой бывший заказчик из Северных Гаос был за главного. В итоге, хоть и многим позже той ночи, его голова все же оказалась у меня в мешке.

На этом его рассказ закончился.

Тибурон ничего не доказывал, не объяснял. Позволил Балесу самому решать.

Парень в свою очередь не задавал глупых вопросов и события в таверне не обсуждал. Скорее пытался осознать все, что знал о Тархельгасе по рассказам, и то, что увидел своими глазами.

То, как вещи обстояли на самом деле, могло сильно повлиять на его миссию.

Но к чему бы ни пришел Джувенил, он понимал, что сейчас нельзя было просто отмолчаться. Следовало разорвать эту тишину и хотя бы сделать вид, будто он встал на сторону охотника.

– Получается, теперь мы идем к следующей деревне?

– Хватит, – ответил охотник.

 – Мне надоело бесцельно бродить от поселения к поселению. Настала пора взыскать старый долг.

Глава пятая

Определить точно течение времени в Низиногорьях практически невозможно. Вести отсчет зимами бессмысленно. В этих краях они вечны.

Сначала мы отсчитывали лики, а когда наше пребывание затянулось (ибо дух первооткрывателей был сильнее нас), моя экспедиция стала ориентироваться по полному лику Матери, чей период равнялся тридцати ликам.

Проблема заключалась лишь в том, что затянутое небо часто скрывало от нас все светила.

По моим наблюдениям, лик Матери поднимался над снежными долинами вот уже как пять раз. И за это время моя экспедиция повидала много чудес и ужасов.

Низиногорья оказались поистине богатыми землями. Добротной древесины здесь было столько, что нашим мастерам казалось, будто ее хватит, чтобы застроить поселениями все земли ниже Рубежной.